Завтрашний царь. Том 2

 – Гневался, зачем не ко времени явились хасины, возбранили покрасоваться! Я самотный дурак, а вот Тадга, лишённый милостей, в самом деле прыгнул выше многих голов…»

«Вот бы я ему… ну хоть печь для обжига раздувал…» – тоскливо маялся Ардван.

– Надо позвать сюда предводителя гончаров, – помолчав, сказал Ознобиша. – Почтенный делатель должен узнать, на что был нужен столь необычный и тщательный труд.

– Приблизилась гибель учёности! – раздался очень знакомый старческий голос, и в устье одного из ходов вспыхнул фонарь.

Пока трое учёных думали над ответом, в дело встрял невозмутимый Топтама.

– Правдивый Мартхе… – сказал он, не пряча горского выговора. – Сильномогучий будет счастлив увезти с собой такой шар, ибо в его глине пребывают память и благоговение.

Ознобиша живо повернулся к нему:

– Как, и у вас слышали о пророчестве?..

– На долгом пути нам не встретилось народа, обойдённого предсказанием о герое, рождённом разорвать тучи. В Хур-Зэх эту весть принесла ясновидица с повязанными глазами, вышедшая из скалы…

Ваан всё не унимался:

– Ремесленник расскажет своей бабе, та выболтает в портомойне товаркам!.

Ткнул в спину внука, и тот пошёл вдоль стены, послушно зажигая светильники.

– Убью, ерпыль королобый!.. – заорал Тадга.

Небесные огоньки блёкли на своде, становились неразличимыми. «Кто-то зажигает нам звёзды, кто-то спешит погасить…» – подумалось Ознобише.

– Мы не входим в тонкости твоих трудов, умудрённый Ваан, – каким-то серым голосом наконец ответил Цепир.

Такое противостояние было Ознобише в новинку. Окольные праведных жили примером своих государей. На людях старались держать единую руку, а если ссорились за углом – людям про то знать было не нужно. Райца с лёгкостью представил, какая слава расползётся по Книжнице, а оттуда по городу. Он сказал:

– Почтенные, мы лишь извлекаем на свет забвенное и сокрытое.