Заставлю тебя полюбить

Я все понимаю, конечно, но мне что думать? Увез Милу и поминай как звали.

— У нас были некоторые…сложности, — Саша завуалировано ответил, готовя незамысловатый завтрак.

— Я уже понял. Ты мне скажи вот что: все органы на месте? — хохотнул в трубку тесть. — Я не с претензией, конечно, но мне внуки нужны.

— На месте, — прошипел в трубку, поставив чайник на плиту.

— Слава Богу, я может еще внуков дождусь!

У Саши вырвался нервный смешок, ну такими темпами внуки еще нескоро будут. Но он уже очень постарается, конечно.

Сначала крепость нужно взять, а тут не мытьем, так катаньем, но своего он добьется. Так же одержимо умел Ракитин любить, как и достигать непостижимых целей. В этом равных ему не было.

— Кстати, затек. А ты мне не скажешь, что это у вас за концертная постановка была? Ты хочешь, чтобы у Миши сердечный приступ случился? Он же со второй беременностью дальше живота своей жены не видит, с ним нельзя в такие игры играть.

Ракитин закатил глаза, представляя, что там было на самом деле.

— То есть, ты заметил?

— Сначала отловился, конечно, но потом сложил два и два.

И все-таки я ж не тупой, Ракитин. Но ход умный, конечно, особенно по красоте отработала Мишкина умница. Горжусь, — самодовольно выдал Руслан, словно, заслуги жены его сына можно было бы приписать ему. — Горжусь, что у всех моих детей прекрасные спутники жизни, — продолжил Руслан.

— Сочту за комплимент.

— Но, Сань, хоть я и «за» ваш союз, но в случае чего. Если будет косяк с твоей стороны, то челюсть на обочине тебе гарантирую, — уже без шуток закончил Багиров.

Сейчас он звучал примерно в такой же манере, как и со своими подчиненными. Безапелляционно. Потому что все-таки несмотря ни на что за свою дочь он будет рвать глотки.

Это Ракитин понимал и уважал. Когда у него будут дети, он едва ли чем будет отличаться от Каина, потому что в этом они все похожи. Что Макс, что Руслан, что Саша, выросший буквально среди настоящих мужиков с адекватными принципами жизни. А так, как для него Мила была сродни божеству, то и дети от нее будут такими же.

Только вот Ракитин зарекся быть более внимательным к девочкам. Видит Бог, есть пример, почему надо особенно тщательно следить за душевными метаниями своих дочерей.

— Понял, принял, осознал."

"— Попроси Милу взять трубку, — последовала теперь более мягкая просьба.

Ракитин сморщился. Куда он там уговорит на что-то Милу, скорее Земля с орбиты сойдет! Ей-богу!

— Такое ощущение, что ты не знаешь собственную дочь, — позволил себе ехидство Саша.