Заставлю тебя полюбить

Желательно сегодня, можно завтра.

На том конце послышался кашель, кажется, брат чем-то подавился.

— Не понял?

— Я теперь замужняя женщина, Миш, спасибо папочке и Ракитину, — фыркнула Милка, с трудом сдерживая рвущуюся наружу ярость.

— Ни черта не понял, ты выпила, что ли, Мил? Ракитин там каким боком?

— Трезвая я, — не выдержала девушка и рявкнула в трубку так, срываясь на визг, — а при том, что замуж меня выдали за этого солдафона неотесанного!

Милка, конечно, преувеличила, Саша не был солдафоном, и уж тем более не был неотесанным.

— Мил, ты чего такое несешь?

— Миш, не тупи, папа выдал меня замуж, без моего на то согласия! Мне не дадут развод, ну помоги, а.

На том конце повисла тишина. Милка все это время не дышала даже, а потом послышался какой-то шорох, и Мишка отключился. Девушка попыталась дозвониться снова, сетуя на связь. После пятой попытки Милка отбросила гневно телефон в сторону, практически зарядив им в стену и уселась на край кровати, закипая, как самовар. И когда спустя несколько минут Милка готова была взорваться от навалившейся на нее несправедливости, телефон позади нее зазвонил, оглушая девушку звонкой мелодией.

На экране высветился номер брата, и Мила поспешила ответить.

— Да, Миш, связь чего-то прервалась. Ты поможешь? — вернулась к делу девушка.

— Нет, Мил, боюсь, мне нечем тебе помочь, — огорошил ее брат. Она даже подумала, что ей послышалось. Не мог же он в самом деле ей отказать. Нет, только не он. Он же всегда был на ее стороне. Даже когда она откровенную «дичь» творила.

— Миш, ты что такое говоришь? — не веря произнесла девушка.

— На этот раз ты перешла все границы, малая, извини, но с отцом я согласен. Тебе пора начать брать ответственность за свои поступки.

— Миш, да как ты можешь, это же Ракитин, да он же старый и вообще…

— Не говори глупости, Мил, кандидатуру лучше сложно представить, — Миша говорил холодно и отстраненно, и Милка, не будучи дурой, поняла в чем дело. Никакой проблемы со связью не было, Мишка сам повесил трубку и за то время, что Милка ждала его звонка, она успел пообщаться с отцом.

— Да ты, ты… — Милка не знала, где подобрать подходящие слова, — ты просто рад, что больше не придется переживать за свою драгоценную Нику, — выкрикнула она в трубку. Милка знала, как яростно оберегал Миша свою ненаглядную жену и как ревновал ее к Ракитину все эти годы, пусть и повода ему никто не давал.