Записки уголовного барда

– Ну, а ты-то за что здесь?

Он опустил голову, помялся и сказал абсолютно безучастно и бесчувственно:

– Не поверишь… Дочь свою по-пьяни изнасиловал… Это по приговору. В натуре все немного по-другому. Да хули сейчас вспоминать – десять лет прошло. Уже все забылось… И она, видно, тоже. Даже вот на свиданку ко мне приезжала. Простила меня.

Он прикурил новую сигарету от догорающего уголька прежней, покашлял и проговорил в пол:"

"– Раньше за это в лагере выебать могли. Но вот как-то прошел через весь срок, тьфу-тьфу… Раньше, Санек, понятия-то не такие были.

– А давно ты здесь в карантине?

– Давненько. Но ты не думай, я завхозом не весь срок был. Я и на разделке отпахал, и в лесоцехе. Хапнул тоже будь здоров. Здесь все через прямые работы проходят. Не хотел тебя расстраивать, но и тебе тоже придется через все пройти.

В переводе с его витиеватого зоновского языка понимать это следовало так: «Я сходил в штаб, кое-что узнал.

Глава 4

Распределение

Вместо прогнозируемых одной-двух недель просидеть в карантине мне довелось только три дня. На четвертый всем приказали строиться.

– На распределение, – пояснил Чистов. – Сегодня вы у меня последний день – вечером раскидают по отрядам.

Нас пересчитали и небольшой кучкой повели в сторону вахты.

Штаб представлял собой большой одноэтажный барак с двумя сквозными выходами. Один из них вел на плац. В левом крыле располагался кабинет начальника колонии, в правом – его замов, оперчасть, а также нарядная. В ней работали заключенные. Все остальные работники колонии были люди в форме. Нарядная – очень важный орган. С ее ведения происходят распределения рабочих мест и перемещения из отряда в отряд. Даже освобождения от работы по болезни или другим бытовым причинам тоже идут через нарядную.

– Кутаков – бывший подполковник.