Запретная. Не остановить

Это тихая, удаленная от туристической зоны заводь. Не очень большая, но необычайно живописная. Здесь даже волн почти нет.

Я шарю глазами по сторонам, и в первый момент не замечаю его. Но потом вижу и мое сердце начинает биться стремительнее.

Гордей стоит у самого берега, и увлеченно бросает в воду камешки. Один за одним. Так ловко, что некоторые из них, когда нет волны, проскальзывают по голубой глади по пять, а то и по шесть раз.

Я устремляюсь к нему, но не дохожу до него буквально пару шагов. Робею очень сильно и оттого ноги снова отказываются слушаться.

— Привет, — говорю я, чтобы обозначить свое присутствие для него.

Его спина слегка напрягается, и это свидетельствует о том, что он услышал. Но он не спешит поворачиваться ко мне. Вместо этого бросает в воду очередной плоский камешек.

Вместе прослеживаем за его движением, и только после того, как он полностью скрывается под водой, уходя ко дну, Гордей отвлекается от своего занятия и решает посмотреть на меня.

— Я пришла, — снова говорю я, не зная, куда мне деть глаза, руки, да и всю себя.

— Вижу, — отвечает он и проходится взглядом по всей моей фигуре.

От его недвусмысленного и такого по-мужски откровенного взгляда меня начинает потрясывать, но я напоминаю себе, что мы уже были с ним близки, не далее, чем прошлой ночью. И мне не должно теперь быть очень страшно.

И хотя я так переволновалась тогда, что все в моей памяти всплывает теперь отдельными, разрозненными кусками. Но все же…

— Иди сюда, — говорит Гордей, вдоволь насмотревшись на меня.

Я вздыхаю, и преодолеваю, наконец, эти несчастные последние метры. Оказываюсь стоящей очень близко перед ним.

— Боишься меня? — спрашивает Гордей и я быстро отрицательно мотаю головой.

Он усмехается, продолжая лениво и откровенно скользить по мне глазами.

Этот взгляд выдержать очень тяжело, поэтому я…

Я сама подаюсь к нему и быстро обвиваю его за талию.

— Гордей, поцелуй меня, пожалуйста, — прошу я и поднимаю на него лицо.

Мне нужен его поцелуй сейчас, так нужен.

— Мы здесь не для того, чтобы целоваться, Бельчонок, — отвечает Гордей, все таким же спокойным, равнодушным тоном.

Я отшатываюсь, а он выбрасывает вперед руку, резко разворачивает меня, что я даже охнуть не успеваю, и прижимается ко мне сзади.

Сам обхватывает меня за талию, перекидывает волосы через плечо и его губы начинают скользить по моей обнаженной и крайне чувствительной, сейчас же покрывающейся мурашками, шее.