Замыкающие

Центральный район был окружен дополнительным заслоном, поэтому до него лавина в любом случае бы не добралась.

В городе было довольно оживленно. Многие жители предпочли не прятаться в своих домах, прячась от стихии, а улететь в защищенный центр, чтобы переждать критические часы в гостиницах или в теплых кварталах. В центральный медцентр, где мы с Элей были пару дней назад, я сознательно не полетел, предпочитая другой, небольшой, немного дальше квартала развлечений. Здесь, на удивление, столпотворения на наблюдалось.

Я зарегистрировался у адндроида в зоне приема, и пока он искал по общемиранской медицинской системе карту Эли, успел выловить знакомого медика и сообщить цель своего визита. За время полета я относительно пришел в себя, поэтому изложил все четко и быстро. Уже через пару минут Элю загрузили на платформу и увезли в отдельный отсек. А через десять минут я наблюдал, как медики что-то обсуждают, склонившись над капсулой.

Когда медик вышел, я буквально налетел на него с вопросами.

- Ты был прав, Стефан, ваш портативный регенер не врал, никаких повреждений у вашей замыкающей нет.

- Почему она без сознания и как привести ее в чувства? - заволновался я.

- Ждать и искать вашего побратима - пожал плечами медик - капсула работает, мы вкололи мире витамины и постоянно фиксируем ее состояние.

- Ждать - повторил я, скрипя зубами. Да что же это такое?

Неожиданно у меня завибрировал браслет. Мне звонила моя мать. Твою планету, как невовремя.

- Стефан - проекция родительницы выглядела странно. Чересчур радостно, на мой взгляд - Элекса нашлась. Ее везут домой."

"Глава 44: Где мы?

Планета Миран, горы Шолан

Элина Илларионова

В себя я приходила медленно, словно выплывала из странного долгого сна.

Помню неприятный разговор с Дрейком, новости про Рина. А перед этим жуткий сон и боль. Потом, кажется, мне стало плохо, будто кто-то невидимый начал меня бить. Кровь во рту и темноту, через которую я отдаленно слышала крики Стефана, чувствовала его теплые руки. Потом ощущения того, что меня несут. Темнота, боль, странная, словно даже не совсем физическая.