Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

В чужом мире, в чужом теле и лучше уж было умереть, чем жить здесь. Несправедливость, ужасы с первой минуты, боль, безумная боль. Слезы лились по щекам, рыдания рвали легкие.

— Еще раз солжешь — спущу шкуру. Радуйся, что принадлежишь ей — тебя даже до крови нельзя пороть. Каждый раз легко отделываешься.

Ртиа плакала, пока он ее освобождал.

— Ну иди же в подземелье!

Девушка не помнила дорогу и боялась признаться в этом.

— Вот же дура! — в бешенстве мужчина занес плеть и Ртиа побежала, насколько ей позволяла цепь кандалов.

По каменному полу она растянулась уже в нескольких метрах от места экзекуции. Ее мучитель сел на лавку и прикрыл ладонью лицо.

— За что она тебя выбрала? Одни проблемы! Рамиса, ты вылетишь из замка!

Ртиа подумала, что ее это вообще не пугает. Покинуть это место было ее единственным желанием. За ней не гнались и теперь она шла медленно, успокаивая разбитые коленки.

Мержери

Новости сына были безрадостными. Антари сказал, что свадьба сорвалась. Отец был настолько разочарован, что его лицо покрыла маска презрения.

— Как это вышло? — спросил он.

— Беатрис просто не явилась, — ответил сын, не в силах рассказать, что нашел девушку, что говорил с ней, и с кем она теперь.

— Сложил лапки и прибежал жаловаться? Что ты сделал? Чем отпугнул ее?

— Ничем, — Антари хотел бы уйти и закончить разговор.

— Вот именно, что ничем! Этот брак был важен! Важен! Ты должен был выполнить свою роль, нежно ухаживать, дать ей понять, как она будет счастлива с тобой! В чем ты облажался?"

"Антари вспомнил, как она смотрела на Эритара в клубе.

Вспомнил, как Беатрис вошла в ту гостиную, обнимая другого. Потом вдруг проанализировал, какими припухшими были ее губы, а прическа чуть в беспорядке. Перед тем, как прийти к нему, она целовала другого. И не возражала, что ласки испортят макияж, сомнут платье. Она бы не выбрала голубой цвет. Всегда предпочитала темные оттенки, напоминавшие ночь и сумрак. Всегда была колючей, чуть брутальной. Но в доме Эритара на ней был нежнейший наряд. Это он выбрал для нее, и она стала такой, как хотел видеть ее мужчина.

Сознаться отцу, что Беатрис ушла к Эритару было невозможно.

— Бестолочь, — выкрикнул Мерджери. — Все рухнуло из-за тебя.

Оскорбление вывело Антари из ступора. Его разбитое сердце шелохнулось совсем иначе.

— Тебе этот брак был важнее, чем мне? — удивился он.

— Найди ее и уговори. Обещай все, любые деньги, прощение за все, что угодно. Стой на коленях, но верни. Возьми самые ценные украшения.