Загонная охота

Мы, когда в первый раз шли, то сначала туда подались!.. — пояснила Настя. — Поэтому и видели… В общем, там лес на склоне горы. И эти гиганты останавливаются у обрыва, чтобы поесть. Каждый, причём, так делает. Вот сколько выходило — ни один ещё мимо не прошёл! Могут долго стоять. У нас ребята пытались ближе подобраться… Но неудачно! Одного какие-то звери крылатые убили.

— Сталкивался с ними… — кивнул я. — Они гнёзда себе делают на спинах этих гигантов.

— Да, мы так и поняли, — кивнула Настя.

— А за сколько вашу долину можно пересечь? — спросил я у ребят.

— Мы не знаем, — призналась девушка. — Понимаешь, Вано, мы же долго шли и медленно. Часто останавливались. А ещё мы голодные были, устали страшно. Я потеряла счёт дням. И Миша не помнил. Пока тут не удалось убить какого-то бегемота с рогами, сил ни на что не было...

— А как же тогда… Слушайте, я не понимаю, а почему Влад и Дмитрий так сильно не хотят идти на восток? — удивился я. — Сейчас-то всё совсем иначе!

— Не хотят, потому что там наши остались… — пояснила Настя.

— И это единственная причина? — усомнился я.

Настя помолчала.

А потом оглянулась на спящий лагерь. И тихо, торопливо проговорила:

— Один раз мы все поели… Это случилось, когда сместили Дмитрия! Люди требовали еды, а не разборок. А на утро Паша и его люди жарили на костре мясо. Они сказали, что охотились ночью, и им повезло.

— Ночью? Повезло? — не поверил я.

— Мы тоже не поверили… Но мясо ели. А потом пошли дальше. Мы только благодаря этому мясу и дошли тогда… — пояснила Настя.

— Мы не досчитались тогда двух безнадёжных раненых, — вдруг сообщил Миша. — Они той ночью пропали. Мы потом совместили эти факты, ну и… А потом нас не пустили к следующему Алтарю, обозвав бродягами, убийцами, разбойниками и каннибалами. Все тогда оскорбились очень… Обиделись… Многие выступили за штурм. А я вот думаю… Может, правы они были — те, которые обзывались?

— Ну, это была одна из догадок… — тихо ответил я, кивнув.

— Ты только никому не говори! — шёпотом попросила Настя. — Все молчат. Пытаются забыть об этом. Ведь все понимали, что Паша врёт. Но всё равно ели. Вот и не могут себе простить…

— Не скажу, — пообещал я.

Боже! Я живу рядом с каннибалами! Срочно спасаться!.. Наверно, так и надо было подумать. А потом орать на весь лагерь, призывая кары, гром и молнии на провинившихся.