Загонная охота

Видимо, один из тех, кто во время «передела власти» жался в основной группе. А потому и не запомнился своим решительным видом.

Одет он был в белое трико, без модификаций. Оно проглядывало между штанами-карго и грубым свитером. У нас так многие ходили: это были одни из самых недорогих позиций Алтаря в категории «одежда». Если сверху ещё накинуть лёгкую спортивную курточку, то по ночам почти не мёрзнешь.

В общем, классический пример «спускача» — как их в последнее время у нас называли. «Спускачи» — это те люди, которые сами ничего делать не хотели.

— Слушайте, ну мне бы хоть топорик взять! — взмолился «спускач».

«Топорик каменный, простой, ненадёжный — 1 шт.» стоил двадцать баллов. Камень там — полный отстой, потому что крошиться начинал на пятом-шестом толстом стволе. Чтобы такого не происходило, нужно было пользоваться специальным читерским приёмом.

Однако «спускачи» не хотели искать камни. Они приходили, покупали топорик, а потом через несколько дней, срубив пару десятков растений — отчего инструмент приходил в негодность, зато на счету появлялось три-четыре десятков баллов — шли за новым.

— А камень у тебя для топорика есть? — спросил я, сурово сдвинув брови и надеясь, что получилось грозно, а не смешно.

— Да я искал… Не нашёл! — взмолился парень.

К этому парню даже никакой полиграф не нужно было подключать. Он точно лгал. Причём знал, что лжёт, и знал, что мы знаем. Но всё равно лгал. Зачем? Я первые полдня у Алтаря этого никак понять не мог. А потом, услышав пару разговоров, начал открывать для себя удивительный мир взаимной лжи, полунамёков и допущений…

Первое допущение заключалось в том, что работы много. Это было общепринятое допущение в нашей группе. И возникло оно после того, как Сочинец повелел всем исправно трудиться по десять-двенадцать часов в день.

Второе допущение заключалось в том, что людям из-за трудов праведных не хватало времени на личные дела. В результате, мол, легче было слить десяток баллов на бесполезный инструмент, чем искать подходящий материал.

Третье допущение заключалось в том, что я, как приличный человек, верил в первые два допущения. Даже несмотря на то, что сам являлся членом управляющего совета.