Взводный (СИ)

— Оберлейтенант! Вы что, сума сошли⁈ Вы знаете, что с вами будет за нападения на старшего по званию⁈

— Абсолютно ничего мне не будет господин доктор.

— Кто вы?

Я хоть и говорил на немецком, но мой акцент выдавал меня с головой, вот немец и сообразил, что я не тот, за кого себя выдаю.

— Капитан Прохоров.

— Что вам здесь надо, здесь госпиталь, тут только раненые.

— Я знаю господин доктор, вчера, когда мы покидали город, я оставил в трёх наших госпиталях, в которых нам пришлось оставить тяжелораненых, три письма с предупреждениями для немецких солдат.

Сегодня я специально вернулся в город проверить, что с нашими ранеными, так вот, они все вместе с оставшимся медперсоналом расстреляны. Вот я и пришёл выполнить свою угрозу.

— Какую угрозу?

— Я обещал адекватно ответить в случае, если с нашими ранеными что-то случится. Сейчас мои бойцы солдаты заканчивают вырезать размещённых здесь ваших раненых и ваш медперсонал, как говорится, кровь за кровь.

— Но это дико!

— Согласен, дико, вот только ваши солдаты спокойно обстреливают, бомбят, и расстреливают наши госпиталя и раненых, а также мирное население.

Вот я пришел показать вам, что любая палка о двух концах, но я заговорился с вами господин доктор, пора заканчивать.

— Но подождите…

Немец не успел договорить, достав свою лопатку, которая была заточена до бритвенной остроты, я крутнувшись нанёс сильный и быстрый удар, которым просто перерубил немцу шею, так что его голова упав на пол, покатилась в сторону.

Из шеи ударил фонтан крови, и спустя несколько мгновений обезглавленное тело немца рухнуло на пол. Тут показалась пара моих бойцов, кликнув их, я приказал им усадить тела за стол, а сам подняв за волосы голову немца поставил её на стол, лицом к двери. Затем взяв лист бумаги, я написал на немецком:

'Немецкие солдаты и офицеры, я вас предупреждал, не смейте трогать наших раненых, вы не послушались и теперь вам придётся отвечать за это. С этого момента мы начнём планомерно вырезать ваши госпиталя и санитарные колоны.

Кровь за кровь.

Капитан Прохоров.'

Положив на стол лист так, что бы его не запачкала кровь из обрубка шеи, я вышел из кабинета главврача, закрыв за собой дверь. К утру мы все собрались на месте стоянки, у всех прошло тихо, без шума и стрельбы, и три госпиталя были полностью вырезаны вместе с ранеными и персоналом. Быстро поев, мы двинулись назад, надо было удалиться на достаточное расстояние, пока не поднялась тревога.