Взять живым мёртвого

– Чё ржёть, как дурень, весь день? – тяжело вздохнул хозяин дома, повёл плечами и приказал: – Вясти сюда купца Барыгу и мужичонку того… как яго… ну, што в краже обвиняятся!

– Бу-у… хах… бу сделано, ох, ха-а… не могу, лопну же ж…

– А потом бяги на базар, найдёшь слугу милицейского…

– Младшего сотрудника Дмитрия Лобова, – поправил я.

– От яго самого. Так усё, што он набрал там, – оплатить! И на своём горбу до избушки доняси со всем нашим почтениям. Понял ли?

Бедный парень закивал, сполз от хохота на пол да так и ушёл на четвереньках исполнять начальственную волю.

Согласитесь, а ведь мощно наша Яга колдует под настроение, жутковато потом даже.

– Расскажите пока вкратце: в чём проблема, что за кража?

– Та само дельце няхитрое, от как выкрутиться из няго, ня ведаю. Зашёл до мяни позавчерась один наш купец, должен сказать, што сволочь он преизряднейшая…

Не буду утомлять долгим пересказом, уверен, что и эту историю вы все отлично знаете.

Мужичок задолжал какую-то мелочь богатому соседу, денег в срок вернуть не мог, а в результате попал в кабалу на неделю.

Думал просто отбатрачить, как все, но оборзевший купец решил покуражиться над соседом и посадил его на цепь вместо собаки амбары с товаром охранять. То есть он реально требовал от человека исполнения функций дворового пса! Ну а на третью ночь богатого грабанули.

– По факту всего один вопрос: когда шла кража, тот человек лаял?

– Да, так, – подумав, кивнул наместник. – По словам купца Барыги, не только лаял, но и рычал, и даже выл!

– Получается, что он не виновен.

Если он заменял собаку, то и вёл себя как собака. Всё честно, его на раз-два-три отмажет любой начинающий адвокат.

– Тут ня поспоришь. Однако же если он сам тех воров навёл, позвал и даже долю с их добычи получил, так энто уже иной коленкор.

– Организованная преступная группировка, – с сомнением протянул я. – Жаль, но мои искренние симпатии на стороне Мухтара. Тьфу, извиняюсь.

Меж тем в дверь вошёл бедно одетый щупленький мужичишка со всклокоченной бородёнкой, а следом шагнул дородный солидный мужчина, если уж и не купец с виду, то как минимум очень зажиточный человек.

Посадивший на цепь другого человека, своего земляка, соседа по улице.

Я вдруг почувствовал нарастающее раздражение.

– Ну и?! Скока мне ждать, покуда энтот пёс смердячий своих соучастничков повыдаст? Под пытку его надоть, на дыбу, да чтоб кнутом язык развязать! Ужо-о… ух ты у меня!

– Ой, боюсь, боюсь, – еле слышно просипел мужичок.

– Минуточку, – насторожился я.