Выжженая земля. Тетралогия

А что на самом деле происходило сейчас там, у вражеского секрета, оставалось только гадать.

Щелчок!

Или это мне показалось?"

"Осторожно раздвигаю кусты и до боли в глазах всматриваюсь в даль. Ни хрена не видать. Но бинокль трогать нельзя, потому что солнце уже встало, и его лучи пробивают листву острыми лучиками.

— Командир!

— Здесь я!

— От ребят посыльный приполз.

— Ну и что там?!

— Порядок. Уработали всех. Тихо подошли и тихо сделали.

— Наши потери?

— Один трехсотый. Ножом в драке порезали. А так целы все.

— Кого задели?

— Симончука. Это из ополчения парень. В прошлом вояка, ныне охотник. Мужик грамотный, и дело свое знает. Пырнули его не так чтобы сильно, но неприятно. Чуток погодя оттащим его в тыл, а там и вывезем.

Ну, что ж, заслон мы сняли. Теперь можно и вперед.

Подобравшись к позиции охранения, я только присвистнул. Народ здесь окопался куда как основательно. Блиндаж выкопали. Причем кондовый и капитальный. В нем даже печку установить успели. Надо полагать, забазировались они здесь достаточно давно, раз начали городить подобные сооружения.

Да и уходить отсюда в ближайшее время явно не торопились. Это в итоге их и подвело. Нечего расслабляться, когда стоишь на посту.

Дежурную смену взяли в этом самом блиндаже, поэтому они могли там хоть на ушах стоять, все равно на улице никто ничего не услышал бы. Наверху несли службу всего два человека. Их аккуратно снял из своей винтовки Потеряшка. А вся прочая группа взяла в ножи их товарищей. Надо отдать должное, народ оказался крепкий, злобный и просто так жизнь свою не отдал.

Это еще повезло, что мы отделались только одним раненым. В смысле серьезно раненным. В той или иной степени противник успел попятнать еще троих. Но, слава богу, уже не так основательно.

Отойдя от бункера охраны около пятисот метров, неожиданно натыкаюсь на Гадалку. Она, повесив на плечо винтовку, что-то разглядывает на земле. Хмурится и задумчиво покусывает губу.

— Что случилось?

— Пока ничего.

— А в чем дело тогда?

— Тут кто-то был… причем не единожды.

И хотя этот человек аккуратно подчищал за собой все следы, я всегда могу определить место снайперской засадки.

— В смысле? У нас тут что, где-то вражеский снайпер шарится?

— Ну, не факт, что вражеский… — Она протягивает мне руку. — На, посмотри.

На моей ладони лежит патрон. Обычный 7,62x54.

— И что я должен увидеть?

— На пулю посмотри. Это не военный патрон.

И действительно. Патрон с полуоболочечной пулей, как я сразу этого не просек.