Выжженая земля. Тетралогия

Утром вроде бы мы всех в лес загоняем, а ночью под бетоном, да под броней сидим — головы не поднять. А стрелять в ответ нельзя, не то с рассветом у КПП будет делегация местных, притащившая на руках свежего покойника. И он, по странному совпадению, будет самым, что ни на есть, мирным пахарем. Вот ежели мы его с оружием в руках грохнем — наш верх. Но такое редко бывает.

— Почему?

— А рядом с каждым таким стрелком всю дорогу два-три пацана вертятся. Как его завалят, либо ранят, пацан его автомат хватает — и ноги в руки.

— И не страшно им так? Убить же могут!

— Зато, если автомат унесет, то и раненного спасёт — оружия-то у него нет, да и денег заработает. Платят за такое дело неплохо.

— Это с каких же доходов?

— Так Евросоюз и ООН туда деньги только что не грузовиками возят. И оттого у населения местного какой-либо стимул к труду почти исчез. Одно дело поле пахать да урожай растить. И совсем иначе этот несчастный крестьянин с оружием в руках выглядит! Походил, поорал, в воздух пострелял — вот денег-то и дали.

— И много там таких… крикунов?

— Да я других-то почти и не встречал…

— Интересно! А вот, ежели, например, в воздух ночью стрелять?

— Да хоть в Луну! Раз будет хотя бы один выстрел — так труп приволокут обязательно.

— Так где ж его взять-то? Если по нападающим никто не стреляет?

— Тоже мне, проблема! — фыркаю я. — В Африке свежего мертвяка найти — дело на три минуты.

— Зачем?

— Семье убитого положена компенсация. А виновнику убийства невинного пахаря свободно лет десять отвалить могут.

— И как? Были такие случаи?

— Сейчас уже нет. После того, как на блокпостах несколько раз забывали ворота закрыть, и нападавшие просачивались в охраняемые зоны… А ведь там только сахибы из Евросоюза и США живут…

— Были жертвы?

— Охрана и обслуга. Сахибов в лес уводят и сызнова денег требуют. Теперь уже — за них самих.

— Хм-м! — кум полистал мое личное дело. — Надо же… А за что у вас в деле пометка — склонен к побегу?

Опять за рыбу гроши…"

"По утрам я просыпаюсь тяжко. Есть такой грех — люблю поваляться и потянуться. И даже многолетняя привычка вставать рано, эту мою особенность характера только усилила. С кота своего пример беру. Он тоже соня знатный.