Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться

Похоже, быть по-настоящему взрослым – это то же самое, что быть ни за что наказанным до конца жизни.

И зачем я во всё это ввязалась?...

Глава 16. Аделина

Прошла уже целая неделя, как я работаю на Афанасьева. Без выходных. Как и он сам. И сегодня первый день, когда в четыре утра я проснулась относительно легко. Похоже, я начинаю привыкать к этой каторге.

Лучше бы я так же быстро привыкла к отсутствию безлимитных карт в своём кармане. Если до этой работы я врала только друзьям и знакомым, делая вид, что всё ещё могу позволить себе всё, что угодно, то теперь надо будет врать ещё и маме, которая, радуясь за меня, пообещала, что мы отметим мою первую зарплату в кафе, и папе, который, в ту же ночь, как узнал, что я работаю, решил, что теперь я на полном самообеспечении.

С грустными мыслями и тяжелой головой, я, скромно позавтракав старым сухим кексиком и чаем, поехала к Афанасьеву.

Открыла дверь его квартиры своим ключом.

И как ему всё это не надоело? На работе кабинет, дома тоже… Он эту жизнь, вообще, живёт? Или только работает?

Из-за его распорядка дня я не смогла посетить дискотеку. И так и не узнала, реально ли я нравлюсь Нечаеву. В общем, никакой личной жизни. Ровно так же, как у Афанасьева.

- Доброе утро! – бросила я дежурно, даже не посмотрев в его сторону. Потому что на его голый торс я уже насмотрелась.

И да, он опять полураздетый.

Кошка Киня сидела у порога кабинета, будто готовясь в любой момент нажаловаться на меня хозяину. Смотрела в мою сторону недовольной плоской мордой и следила за каждым моим шагом по кухне. Но вот я специально взяла баночку с её паштетом, и сердце кошки дрогнуло, как и она сама в мою сторону. Но близко не подошла – большими голодными глазами следила за тем, как я вытряхиваю паштет из баночки в миску.

- Будешь? Или я съем? Ммм, вкуснотища! – подразнила я пушистую.

Киня жадно облизнулась, посмотрела на меня, на паштет и снова на меня. Подумала, покосилась на пыхтящего на турнике хозяина и решила остаться на месте.

- Ничего, - подмигнула я ей. – Ещё неделька и я тебя поглажу.

Помыв руки, я приступила к приготовлению завтрака.

На сегодня Афанасьев потребовал приготовить ему турецкий завтрак.