Выбесить босса. Влюбить и не влюбиться

- Ты ещё здесь? – спросил он недовольно, глянув на меня в отражении зеркала.

- Уже нет, - цокнула я и вышла из туалета, на ходу вбивая в карте телефона, где находится ближайшая химчистка. Пока шла до неё кварталами, злорадно посмеялась с того, что грязные трусы Афанасьев сам добровольно вложил в тот же мусорный пакет, в котором я принесла ему чистые.

Глава 11. Андрей

За закрытой дверью в приемной снова что-то упало. Или ударилось о стену. Неважно.

Если первые два раза, слыша подобный шум и грохот, я выходил, чтобы проверить, что случилось, то сейчас – шестой раз за последние два часа – я не выхожу, зная, что Кондратьева опять не справилась с управлением своего тела и снесла что-то со стола, подоконника или стены.

В жизни не поверю, что она это делает случайно. Косячить с раннего утра в таком объёме можно только намеренно и заранее подготовившись.

Каждый раз порываюсь вышвырнуть её из этого здания и, желательно, из своей жизни, но снова и снова останавливаю себя тем, что не поведусь на саботаж малолетки.

Не дождётся!

Хотя, соблазн послать её куда подальше увеличивается с каждой минутой."

"Неожиданно для себя тихо хохотнул, поняв, что побаиваюсь выглядывать за дверь в приемную, ибо могу увидеть там апокалипсис, устроенный Кондратьевой.

Угораздило же меня сегодня назвать её своей фамилией. Кажется, на башке в этот момент у меня самого прибавилось с десяток седых волос.

Подумал: «Афанасьев, во что ты вляпался?», а тут Кондратьева над ухом зудит идиотскими шутками. И вышло, что, вроде, обращался мысленно к себе, но ляпнул то, что ляпнул.

Услышала бы это моя бабушка, уже бы привела тамаду.

В приёмной ненадолго стало тихо, а затем вдруг послышался смех. Женский. Смеялись двое.

Ладно, Кондратьева там точно смеётся, но Оксана… Вообще, не припомню, чтобы она улыбалась-то. Я взял-то её за эту собранность и строгость.

А сейчас эта дефективная Кондратьева сломает мне единственную нормальную секретаршу.

Наконец, через несколько минут в приемной стало тихо. Заказал Оксане кофе, который, разумеется, должна будет принести мне Кондратьева, ведь теперь это её обязанность. Но в кабинет вошла Оксана и аккуратно поставила передо мной горячий кофе.