Второе дыхание

Я приехал на контрольно-пропускному пункту аэродрома на двуколке с поднятым, старым, порепанным, кожаным верхом и высокими колесами. День был теплый, но облачность низкая, вот-вот польет.

— Вас подождать? — спросил извозчик, получив от меня три песеты.

— Не знаю, как долго пробуду здесь, — сказал я.

— Тогда постою. Может, кто другой из синьоров-летчиков поедет, — решил он.

Двое часовых, испанцы, не сочли нужным проверять мои документы. На националиста я явно не похож. О том, что и на противоположной стороне воюют выходцы из Российской империи, они знать не хотели.

Все испанцы, не обремененные знаниями истории, искренне уверены, что русские только за республиканцев. До нас доходили слухи, что многих белоэмигрантов расстреляли мятежники, приняв за коммунистов.

— Где кабинет командира? — спросил я.

— Камрад Оро вон в том здании, — показали одновременно оба часовых на самое большое каменное в два этажа.

Оро переводится с испанского, как золотой. Скромное прозвище, ничего не скажешь.

Часовой у входа в это здание тоже был нелюбопытным испанцем, стоявшим на солнышке, прислонив русскую трехлинейку к неоштукатуренной стене из бледно-коричневато-серого местного ракушечника.

Он слышал мой разговор с часовыми на КПП, поэтому, поприветствовав поднятым на уровень плеча крепко сжатым кулаком, подсказал:

— Камрад Оро на втором этаже налево.

Это был упитанный тридцатисемилетний ашкенази с эмблемой полковника — три желтые горизонтальные полоски и над ними красная звезда — на рукаве гимнастерки и сильным фрикативным «г».

Наверное, вырос в Малороссии. По повадкам — истинный партийный функционер, самодур и подхалим в одном флаконе. Рукопожатие вялое и влажное. Он предложил мне стул с деревянным сиденьем, стоявший по другую сторону письменного стола, старинного, с двумя тумбами вместо ножек. Наверное, в них много выдвижных ящиков.

— Какое авиационное образование имеешь? — начал он беседу.

— Одесский аэроклуб и Качинская школа военных летчиков в шестнадцатом году, — ответил я.

— Я тоже окончил ее, но в двадцать четвертом! — воскликнул он радостно и продолжил: — Звание, должность и боевой опыт?

— Капитан, здесь это майор, командир отряда, шестьдесят восемь боевых вылетов, шесть сбитых самолетов, — доложил я.

— Давно летал в последний раз? — задал он следующий вопрос."

"— Перед приездом сюда. Я работал пилотом в частной авиакомпании, летал на разных типах самолетов, в том числе на «Юнкерсе-52», — приврал я малость.