Возвращение демонического мастера. Книга 3

Юноша был словно в трансе, и все, что Лей чувствовала, это кипящую в нем ярость.

— Мор! Мор, это я!

Он сделал шаг к ней, и Лей рефлекторно встала в стойку, отчетливо понимая, что ни за что не сможет победить своего товарища.

Не сможет без помощи меча.

Тот словно только этого и ждал, в очередной раз запустил свои ментальные щупальца ей в разум, подтачивая волю.

Мор сделал ещё один шаг, а затем просто упал лицом в мостовую. Его кожа стала терять черный оттенок, и он сам стал меньше, но совсем не таким, как прежде.

Тем временем один из выживших сектантов попытался ударить девушку в спину, но та прикончила его парой точных движений. По сравнению с монстром, с которым они с Мором дрались, этот был лишь чуть сильнее простого человека.

Да и у остальных дела шли хорошо. Почти все сектанты были убиты, несколько сбежали, но это не важно.

— Гатта, Гатта, открой глаза! Гатта! — Лей повернула голову и увидела тех двух девушек из фениксов.

Луй не обошелся без ран, но ничего серьезного на первый взгляд. Лишь на его щеке появился длинный глубокий порез от подбородка до самого уха. Один только фэн Юсур, казалось, вообще не пострадал и решительным шагом направился к пленным ученикам.

— Лей, — крикнул ей Луй, склонившись над Мором. — Ты как?"

"— Нормально.

— Он… жив. Но совсем без сил…

— Главное он жив, — кивнула девушка. — Нам нужно помочь раненым и отправляться за Нейтом. Если за ним пошел такой же монстр… То он не справится один.

Глава 34

— Я, Ханори Данной, стану твоим палачом, — раскланялся жабомордый, встав напротив меня. Он был выше раза в два, и что-то в его движениях мне не нравилось, но я никак не мог понять, что именно. — Как твое имя, несущий смерть?

«Несущий смерть» — это он сказал с нескрываемой усмешкой, словно дразня меня.

— Имя? А так ли оно важно? В прошлой жизни меня называли Костяным палачом, — сказал я и взмахнул Зиргулом.

— Нейт, а может не стоило представляться?.. — не одобрил Рю.

Это было не важно. Этот тип не проживет достаточно долго, чтобы сказать об этом хоть кому-нибудь. Зато я был абсолютно честен. Сейчас, купаясь в крови и смерти, я снова был им. Костяным палачом.

Мой противник на это рассмеялся, но не злорадно.