Ворожея: Лёд и Пламень

Снова бросился прочь бежать наместник, ноги еле переставляет, но идёт, понимает, что иначе погибель его неминуемая ждёт. Нужно отыскать ему ведьму, что сможет от змия избавить. Он уже и Мару с Чернобогом просил, и к Лешему взывал, но никто ему не ответил, видать, он и не нужен-то больно им.

И в эту ночь нагнал его змий, прямо под кустом пришлось тешить. К утру сил встать не было, почитай ползком уже двигался, но упрямо полз, ежели к ночи не найдёт деревни с ведьмой, не жилец он боле на белом свете. К вечеру выполз на болото, сунулся было в воду, а оттуда русалки на него глядят, заорал не своим голосом, а позади уже змий стоит.

Попал из огня да в полымя. Русалки на змия шикают, тот шипит в ответ, добычу нечисть делит. Тут ещё и Водяной на коряге прикатил. Глаза свои рыбьи пучит, булькает что-то, а что в гомоне не разобрать. Но змия прогнал. И уволок Гостомысла под воду, тот уже с жизнью своей попрощался, где ж это видано, что человек на дне болота выжил. Ан нет, дышит даже, усадил его болотник на камень, дал чего-то испить, сразу сил прибавилось. Забулькал снова, но теперь наместник речь его разобрал.

— И зачем ты явился на моё болото? — спрашивает его хозяин речной. — Девок моих растревожил почём зря?

Задумался снова Гостомысл, что рассказать, как бабке да лешему, что князь извести всех желает, аль чего другое соврать?

Решил, что расскажет версию, что ищет князя, чтоб весть важную сообщить, так выглядеть будет значимее. Начал рассказ о том, как на Вручий упыри напали, послал он туда дружину, а сам за князем вдогон поехал.

Да потерял воев в городе. Поверил на слово бабке, поехал в лес, где князя якобы видели, а там нет никого, заплутал. Выехал к болоту, где ведьма над ним поглумилась, сперва чуть не утопила, а потом к змию послала. И вот насилу от того вырвался да до них и добрался.

Выслушал его Водяной, покачал башкой лупатой, всё тело всколыхнулось.

— Досталось тебе, — забулькал он. — Значит, князя ищешь?"

"Кивнул Гостомысл. А сам оглядывается потихоньку: горница, куда его притащил Водяной, была словно в воздушном пузыре.

Стены из водорослей да травы, мебель вся каменная, жемчугом речным всё изукрашено, богато хозяин рек живёт.

— Ты вот всё про змия талдычишь, — продолжил Водяной. — Но змий бабой никогда не оборачивается.

Гостомысл чуть водой не поперхнулся: «А кто ж его тогда мучил?» Откашлялся и задал вопрос вслух.

— Того я не ведаю, — покачал головой болотник. — Но, может, Вильфрида знает. Надо тебя к ней отвести.