Ворожея: Лёд и Пламень

Слова заклятия сами собой полились, ударило в Чернобога силой её, откинуло в сторону, личину с него сорвав. Тут и с князя будто оторопь сошла. Подхватил меч, им из рук оброненный, бросился к супротивнику, занёс клинок, наметился прямо в сердце его всадить. Но замер, прямо перед ним вдруг ворон объявился, распахнул крылья, заговорил голосом женским, да таким холодным, что кровь в жилах от него застыла:

— Недоброе ты дело затеял, князь… Разве ж можно с богами своими так? — взмахнула птица крыльями, и князя отнесло, будто чем от Чернобога, да стужей повеяло.

"— Смогла-таки силу свою пробудить? И сразу с самим богом решила соперничать? Да не под силу это людям! Возгордилась ты больно, девка!

А Чернобог тем временем от князя отползать стал. Увидел то Светозар, снова к нему кинулся, только меч вновь занёс, как ворон громко и злобно закаркал, в лицо ему так и норовит вцепиться, пришлось ему отступить и прикрыть от пронзающего крика уши.

Меч выпал из его рук прямо под ноги. А ворон будто того и ждал, подхватил лапами когтистыми да откинул в сторону. Помотал Светозар головой и как бросится за ним вослед. Но будто на невидимую стену налетел, оттолкнуло его от меча. Оглянулся на ворона, сжал кулаки, сделал шаг к нему.

— Уйди подобру! — зло проговорил он, сделал ещё один шаг, да так и замер, увидел под ногой меч Чернобога. Схватил его. Тяжел был меч, так и клонит, давит будто к земле.

Собрал всю силу и с громким криком замахнулся мечом, с силой его опустил на Чернобога, но тот сумел увернуться, в сторону откатился, а меч по самую рукоять в землю вошел.

Вильфрида закашляла и на землю от толчка упала, а как подняла голову, то не было уже никого. Ни князя, ни Чернобога, лишь меч, валявшийся на земле, и ворон над ней парит.

Подняла она меч и прижала к себе, а ворон опять бабьим голосом заговорил. Да хохочет ещё злобно.

— Не видать вам князя боле, в Пекло его Чернобог утащил, нет оттуда хода обратно, — жуткий смех вперемешку с карканьем разнёсся вокруг, сжала крепче ведьма меч. — Но ежели станешь жрицей моей, так и быть, подсоблю тебе.

«Мара, опять она!»

Разозлилась Вильфрида и, собрав в себе последние силы, размахнулась мечом, да наотмашь ударила.