Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

— Нам помимо поступательных движений понадобятся и вращательные.

— А это зачем? — недоуменно спросил Петр, всматриваясь в мои каракули на песке.

— Да думаю я меха сделать не как по старинке, а вентилятором.

— А это как? — почти хором спросили Петр и Семён, склоняясь еще ниже.

— Покажу, — я улыбнулся, видя их неподдельный интерес, и принялся рисовать более подробно. — Смотрите, обычный мех — это такой кожаный мешок, который то сжимается, то разжимается, верно? А вентилятор — это колесо с лопастями, которое, вращаясь, гонит воздух постоянно, без остановки.

Я нарисовал круг с лопастями и стрелками показал направление вращения и движение воздуха.

— И насколько сильнее он дует? — с сомнением спросил Петр.

— Намного, — уверенно ответил я. — В несколько раз. А главное — постоянно, без перебоев. Сделаем воронку, правильно установим винт — так будет дуть, что мехам и не снилось.

У обоих загорелись глаза, причем даже не понял, у кого ярче — у Петьки или у Семёна, тоже падкого на всякие выдумки мои. Оба смотрели на чертеж так, словно я только что показал им сокровище.

— Это ж сколько угля за день можно будет пережечь! — восхищенно выдохнул Семён. — И какой жар дать!

— А колесо как делать будем? — практично поинтересовался Петр. — Лопасти эти…

— Из дерева для начала, — я обвел круг еще раз. — Потом, когда металла добудем побольше, можно будет и из него отлить. Но пока и деревянный сгодится.

Семён уже прикидывал что-то в уме, его пальцы двигались, словно он уже строгал и выпиливал детали.

— К завтрему сделаю, — решительно сказал он. — Только доски хорошие нужны.

— Тебе что, досок мало? — Заржал Петр. — Вон в ангаре бери любую да и делай сколько душе угодно.

— Ну что, — я поднялся с корточек, отряхивая песок с рук, — завтра с утра и начнем.

— А что будем с нашими гостями то незваными делать — спросил Петр, вспомнив об утренних событиях.

— Разберемся, — я пожал плечами. — Главное, что они больше никому не помешают. А у нас дел невпроворот.

Мы еще раз оглядели будущую кузницу.

Посмотрев, как ребятня собирала перегоревшую золу на другом берегу, я отметил про себя их старательность — мальчишки работали с таким рвением, словно добывали золото, а не простую золу. Как раз к этому времени был готов и уголь — чёрные, матово поблёскивающие куски, пахнущие дымом и обещанием жаркого пламени.