Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

Всего за несколько минут она накрыла на стол: дымящиеся щи со сметаной, свежий хлеб, огурцы солёные и кувшин кваса.

— Садись, Егорушка, — сказала она, отступая в сторону. — Остынет.

Я же ухватил Машку за руку и потянул к себе, усадив на колени.

— Ой, Егорушка, что ты делаешь? — Улыбнулась она.

Я же просто поцеловал ее и она ответила на мой поцелуй. А потом сказала, улыбаясь:

— Щи остынут, кушай давай.

Аромат щей заставил мой желудок взреветь с новой силой. Я с наслаждением погрузил ложку в густое варево.

— Машка, ты чудо, — искренне похвалил я, отламывая кусок хлеба. — Такие щи и мёртвого поднимут.

Она зарделась от похвалы, но тут же опустила глаза.

— Кушай на здоровье, — пробормотала она, отходя к печи.

Перекусив и почувствовав прилив сил, я решил, что пора вернуться к делам. Я поднялся из-за стола.

— Кликни-ка мне Илью да Митяя, — сказал я Машке. — Надо к лесопилке сходить, посмотреть, как там дела.

Машка кивнула и выскользнула за дверь. Через несколько минут во дворе послышались тяжёлые шаги. Я вышел на крыльцо — там уже ждали Илья, и Митяй.

— Идём, мужики, — кивнул я им. — Посмотрим, что там у нас с лесопилкой.

И мы втроём зашагали по деревенской улице, оставляя позади шум и женские хлопоты. Впереди ждали новые дела и новые заботы, но после хорошего сна и сытного обеда они казались не такими уж непосильными.

Проверив как подсохла печь, я удовлетворенно кивнул.

— Семён, заканчивай выкладывать последние ряды, — сказал я. — Глина хорошо схватилась, теперь важно не спешить с верхними рядами.

Семён, вытирая пот со лба, кивнул:

— Сделаю в лучшем виде, Егор Андреевич. К вечеру всё будет готово.

— Смотри там, — я указал на место соединения с дымоходом, — не забудь усилить переход. Жар будет сильный."

"— Обижаете, — хмыкнул Семён, уже разминая в руках новый ком глины. — Не впервой печи класть.

Оставив Семёна за работой, я подозвал Илью и Прохора.

— Пойдём, ребята, — сказал я, направляясь к ангару, где были складированы бревна. — Нам нужно выбрать дубовые брёвна для вала. От водяного колеса к кузне протянуть, так что нужно что-то особенно прочное.

— Дуб — он выдержит, — уверенно кивнул Прохор.

Мы долго ходили между штабелями заготовленных брёвен. Я придирчиво осматривал каждое, проверял на прямизну, простукивал обухом топора, проверяя на гниль и трещины.