Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

Я взял небольшого леща, разломил его пополам — мякоть внутри была нежная, сочная, волокна легко отделялись друг от друга. Отщипнул кусочек, положил в рот — и прикрыл глаза от удовольствия. Рыба таяла на языке, оставляя неповторимый аромат дыма, соли и трав.

— Ну что, барин, как вышло? — нетерпеливо спросил Степан, подавшись вперед.

— Объедение! — искренне похвалил я. — Лучше, чем я ожидал. Всем рекомендую!

Больше никого упрашивать не пришлось — народ набросился на рыбу, нахваливая её вкус и аромат.

— Матушки мои, — причитала Настасья, обсасывая рыбий хребет, — да как же это так можно — обычную рыбу в такую вкуснотищу превратить?

— Это ещё что, — усмехался Степан, довольный похвалами.

И действительно, когда дошла очередь до копченых ребрышек и хрящиков, восторгам не было предела. Мясо получилось нежным, с ароматной корочкой, пропитанное дымом и пряностями.

Захар, обгладывая уже третье ребрышко, покачивал головой:

— Вот это да! Никогда такого не ел.

— А хрящики-то, хрящики! — восторгался Митяй, жмурясь от удовольствия.

— Секрет в травах и правильном дыме, — ответил я, довольный произведенным эффектом. — Ольха дает особый аромат.

Если копченая рыба имела успех, то хрящи с ребрышками пошли просто на ура. Мужики наперебой хвалили новое блюдо, а бабы уже выпытывали рецепт, как готовить рассол для мяса, чтобы потом самим попробовать закоптить.

Особенно радовало то, что Михаил, наш новый человек, тоже с аппетитом уплетал угощение, явно впечатленный.

Вечер выдался на славу.

Машка села рядом со мной, положив голову мне на плечо:

— Хорошо придумал, Егорушка, — тихо сказала она. — Глянь, как все радуются. И едят-то как — за ушами трещит!

Я приобнял её за плечи, чувствуя небывалое удовлетворение.

— Это только начало, Машенька, — ответил я. — Ещё много чего интересного впереди.

Глава 18

Утром, вышел из дома и сразу направился взглянуть, как продвигается строительство. Мужики уже практически доделывали новый дом, работа кипела вовсю. Они, словно муравьи, сновали по крыше и стенам, ловко орудуя топорами и пилами.

Захар, заметив меня, спустился с крыши.

— Доброе утро, барин! — приветствовал он меня, улыбаясь в густую бороду. — Как почивали?

— Хорошо, — кивнул я, разглядывая постройку. — Вижу, вы тут без меня не скучали.