Волшебница для короля

звучит дико. Так вот, Кроу ушел из трактира, где они сняли комнату, утром, пока цыганка спала. Оставил ей деньги — щедрое жалование, столько не зарабатывают за месяц даже лучшие шлюхи. О том, что дочери цыган скорее позволят снять с себя голову, чем продадутся, Кроу узнал позже.

— Получается..."

"— Да, — кивнул Илар. — Все верно. Уж не знаю, что эта цыганка делала в том квартале, но это сыграло с ней злую шутку. Кроу пробовал искать ее потом, но тщетно. Он рассказал мне эту историю через много лет, шансов почти не было, дети дороги редко оседают в одном месте, но я решил рискнуть.

У меня ничего не было, кроме имени, но неожиданно мне улыбнулась удача. Мирела всю жизнь прожила неподалеку от того места, где они встретились с Кроу, и где ему, должно быть, не пришло в голову ее искать. Она не вышла замуж и рано умерла, но оставила сына. Его-то я и забрал во дворец. И, надо сказать, не пожалел об этом ни разу. Этен незаменим. И дорог мне как родной брат.

— Грустная история, — я поднесла к губам кубок.

— А почему Кроу решил, что ты можешь убить Этена?

На лице Илара появилось смущение.

— Понимаешь, меня короновали, едва мне исполнилось двадцать. Я самый молодой король за всю историю Аренции. Думаю, не нужно тебе объяснять, что это значит: и во дворце, и за его воротами было много людей, кто считает, что такой молодой король — легкая добыча. Опасаться стоило переворота и того, что лорды не признают за собой власть «сосунка». И тогда мы с Кроу придумали план, чтобы показать всем и каждому, что у меня есть клыки и связываться со мной опасно.

Что, несмотря на молодость, корона мне по размеру.

— И что же вы придумали?

— Я стал жестоким, — буднично сказал Илар. — Вернее, это был тщательно продуманный план. Править я начал с того, что навел порядок и добрался до всех, включая Большого Бо, до кого не доходили руки Кроу. Наказания были жестокими, но в Монтевире еще никогда не было так тихо и спокойно. А затем — тонкая игра, которую блестяще провел Этен.

Пустить слух там, сказать нужное слово здесь — и вот я уже непредсказуемый самодур, от которого лучше держаться подальше.

— Страж на воротах боится тебя, как огня, — вспомнила я. — Просил, чтобы его не наказывали, потому что у него больная собака.

Илар закатил глаза.

— Актерище. Конечно, на городских воротах должен стоять кто-то, кто скажет купцам и путешественникам, что король Илар опасный тиран.