Во власти зверя. Страсть волчицы

Игнат не верил, что тот, кто не был рожден альфой, способен противостоять ему! Да, выйди против него истинный альфа, вожак, он бы еще подумал. И то! Он считался опытным бойцом. У него сила и быстрота вампира! Это многое решало!

– Я не опущусь до оскорблений, и не буду обращаться к тебе, используя унизительные прозвища, – начал говорить Николай, не повышая голоса. Спокойно. Ровно. Так, чтобы заставить всех собравшихся замолчать и внимательно вслушаться в его слова. – Для меня вампиры стали частью моей жизни. Я не хочу больше лить вашу кровь.

Не хочу враждовать. Я хочу, чтобы мои дети росли в мире, где оборотни и вампиры сосуществуют без желания перегрызть друг другу глотки. Ты что-то там говорил про древнюю расу. Что ж… Согласен. Два клана способен объединить лишь тот, в ком течет древняя кровь.

– В тебе-то её нет! – оскалился Игнат, и демонстративно откинув голову назад, расхохотался. – Так понимаю, псина, ты себя метишь на главу объединенного рода! Идиотизм! Никогда не признаю псину своим лидером! Не склоню пред ним колено! Давай, урод! Решим всё по-мужски! Раз и навсегда и здесь! – Игнат рванул на себе черную шелковую рубашку.

Зашипел, обнажив клыки. – Победитель решает судьбу кланов! И ему достается Марика! Слышишь, Марика, скоро ты будешь лежать уже подо мной!

Николай, чуть склонил голову набок, тоже прибёг к показному – поцокал языком.

– Не стоило тебе делать скоропостижных выводов! И бросать вызов тому, о ком ни хрена ничего не знаешь! – прыжок, и Ник оказался в метре от Игната. – Но самая твоя большая ошибка заключается в том, что ты посягнул на мою женщину! Поэтому…

Николай медленно, почти лениво, почти нехотя, потянул за край тенниски, и та с треском начала рваться.

Поиграл мышцами, словно разминаясь. Оборотни знали, что их альфе не требовалась разминка, это опять-таки было частью какой-то игры.

А дальше – Николай поднял к верху лицо и забыл. Громко. Протяжно. И от этого воя у многих побежали мурашки по коже.

Потому что издаваемый альфой вой отдаленно не напоминал вой волка.

Более того, с Ником начала происходить трансформация. Он не перекинулся в большого черного волка, как все ожидали. Он продолжил стоять на ногах, но черты лица заострились, стали более жесткими, на них появилась щетина. Его тело стремительно увеличивалось в размерах и за доли секунды достигло более двух с половиной метров. Кисти рук превратились в огромные лапы с длинными когтями, каждый не уступающий охотничьему ножу. Джинсы лопнули и разлетелись в лохмотьях.