Во власти зверя. Страсть волчицы

Две инстанции, во веки вечные признанные пробуждать в людях самые низменные инстинкты.

И сейчас, в этот миг, в пустом зале бара, Николай имел вампиршу, которую кормил. Он чувствовал каждый глоток. Она глотала, он вторгался в её лоно. Он – рычал, она чуть слышно постанывала. И он точно знал, теперь её стоны были не от боли.

Да, он не был нежен. Плевать! Ему было важно её тело и её жаркая плоть! Плоть, которая повергла его на лопатки, напоив самым сладчайшим нектаром!

Ник двигался яростно, врезаясь в лоно девчонки.

И развязка настала.

Утробно зарычав, Николай начал исторгаться в вампиршу густым семенем. Оргазм был столь ярким, что на жалкие мгновения у мужчины перед глазами вспыхнул фейерверк.

Вампирша, почувствовав его последние самые глубокие толчки, замерла и перестала питаться. Очень медленно оторвала голову от его шеи и уперла руки в его плечи. Снова задрожала, точно вместо желанного утоления жажды к ней пришёл холод.

– Спасибо…

Её тихий шепот прозвучал едва различимо даже для слуха оборотня.

После чего она безвольно повисла у него на руках, потеряв сознание.

Глава 2

Открывать глаза было больно.

Как и встречать новый день.

Снова тупик.

Снова поиски.

Снова побег.

Куда на этот раз ей податься?

Где найти пристанище?

И где, собственно говоря, она находится сейчас?

Марика не спешила открывать глаза. Знала – чревато последствиями. Сначала надо постараться определить, где она находится.

Она лежала на мягкой постели с простыми хлопковыми покрывалами. Уже хорошо. Не подворотня и не земля.

Но что дальше?

– Вижу, что пришла в себя, малявка. Заканчивай притворяться.

Холодный чужой голос ворвался в сознание, обжигая его холодом.

Оборотень.

Тот самый.

Тот, кто напоил её вчера.

И взял.

Снова он. Но как?… Как?…

Марика застыла. Так, спокойно! Только спокойно! Она – жива! К ней медленно возвращается сила. Теперь всё будет в порядке.

Ведь правда?

– Ты меня плохо слышишь, маленькая вампирская шлюшка?

Оскорбления сыпались, как из ведра.

Ничего, она стерпит. Ей не впервой.

Слова – ничто. Жажда – лишь она – треклятая – имеет значение.

– Слышу, – пришлось ответить, и открыть глаза.

Первое, что увидела Марика – были высокие потолки, выполненные из липы. Красивые. Ровные. Внушающее некое успокоение. Создающие уют.

Уют… Что ей приходит в голову? О чем она думает?

Явно не о том.