Воин-Врач III

А патриарх, кажется, перекрестился ещё истовее, чем обычно. Но князь и княгиня Полоцкие не заметили этого, потому что друг с друга не сводили глаз.

Глава 15

Тем временем в за́мке

— Светлейший государь, беда! Кошмар! — влетели войт с каштеляном.

Первый верещал высоким звонким голосом, второй шаркал своим противным хрипло-скрипучим. Спасло их только то, что Болеслава разбудили не они своим докладом, он поднялся со стола раньше. Ну и чудодейственный «брусничный морс», конечно, очень помог королю.

— По одному! Казимир, ты! И тихо! — сегодня хватка у монарха была значительно лучше, чем в любой другой из дней пары прошедших недель.

Повинуясь указанию королевского пальца, оба они брякнулись на лавку напротив, и Казимир, столичный мэр, начал доклад едва ли не шёпотом. И от этого услышанное звучало ещё тревожнее.

Десять дней назад в окрестностях Сандомира, большого торгового города южнее Люблина, на высокий холм с восточной стороны откуда-то приехали сани.

Когда яркое по ранней весне Солнышко поднялось, как всегда делало, над вершиной, лучи его осветили странные конструкции, которых с вечера там точно не было. Глазастые стрелки́ на городских стенах побледнели и очень напряглись. Самых же глазастых уже трясло так, что руки ходили ходуном. Это у тех, кто не блевал, скрючившись, себе под ноги тяжко, судорожно.

"Сандомирский воевода отправил десяток, чтоб убрать с глаз непотребство. Воины того десятка украсили белый снег алым. Тела их сделали лужок перед стеной похожим на поле битвы. Непонятно с кем, от чего стало ещё страшнее. Воевода Яромир, человек опытный и прослуживший всю жизнь, направил ещё две группы тайно, в обход, другими воротами. Через некоторое время ветер донёс до города крики мучительной боли и ужаса. Стало понятно, что без чёрного колдовства тут не обошлось.

В записке на клочке бересты было начертано бурой кровью: «Забирай, пока зверьё не растащило». Записка нашлась в зубах у Збигнева, того, что вышел старшим одной из тайных групп. И который приходился Яромиру зятем.