Во власти мажора

Я даже опасался, что позорно кончу, лишь войдя в столь долгожданную киску, ведь у меня уже больше месяца не было секса, что было почти рекордом, учитывая, что я привык трахаться ежедневно, начиная с пятнадцати. Исключением стал лагерь, где были лишь пацаны…

– Что случилось? – словно почувствовав мое напряжение, выдохнула принцесса, но я лишь качнул головой, отгоняя ненужные воспоминания. Не хватало мне только портить нашу долгожданную ночь мыслями о том кошмаре!

– Ты такая красивая, что даже не верится, что настоящая, – шепнул я ей на ухо и, после того как под смущенным взглядом принцессы надел презерватив, удобнее устроился между ее ног и сплел наши пальцы.

Говорить о том, что мне месяцами снился ее запах, я не стал. Ведь даже себе в этом не признавался, принимая это за слабость. Но с того момента, как понял, что она окончательно моя, я словно переступил какой-то рубеж сдержанности и полностью признал, что пропал окончательно и бесповоротно.

Думал, что пленил ее, но на самом деле сам оказался в плену капризной принцессы.

А то, что она никогда не была ни с кем кроме меня, полностью перевернуло мой мир. Каждый раз, целуя и лаская ее, я думал лишь о том, что первый и единственный, кто видел ее такой. Что все эти дикость и страсть были только для меня.

– Ах! – крепче сжала она мои пальцы, выгибаясь и пряча лицо у меня на шее, когда почувствовала давление моего члена на свои стенки. Я был аккуратен как мог, медля и пытаясь не идти тараном.

– Расслабься, малышка, – шепнул я ей на ухо, зарываясь в ее разметавшиеся по подушке волосы, на поцелуи не было сил, вся концентрация уходила на то, чтобы следовать заданному ритму.

Наконец я достиг преграды, чувствуя плотность, не пускавшую меня дальше. Уверен, не будь принцесса такой влажной, мне не удалось бы протиснуться в нее. – Обхвати меня ногами, – прохрипел я, чувствуя, как она непроизвольно сжимается, чтобы вытолкнуть меня.

– Подожди! – всхлипнула она, пытаясь высвободить руки.

– Тш-ш… Тише, – прошептал я, приподнимаясь и встречаясь со взглядом расширившихся от страха глаз. – Не сжимайся, всё хорошо…

– Не могу! Ах! – вновь дернулась она, зажмуриваясь. Поняв, что промедление сделает лишь хуже, я одним точным движением послал бедра вперед, разрывая девственную плеву. Не ожидавшая этого Мадина замерла, вцепившись освобожденными пальчиками в мои плечи.