Во имя любви

Каждую ночь Кэм просыпался в поту и в невероятном возбуждении, просыпался, сотрясаемый дрожью и сгорая от стыда.

О, если бы он мог заставить свою яхту по воздуху перелететь в Англию, – то немедленно сделал бы это, и тогда бы он наверняка вновь стал сдержанным и благоразумным джентльменом, коим и являлся до того, как пал жертвой чар этой невероятно красивой мегеры.

Иногда он смотрел на нее с изумлением и говорил себе: «Да ведь это же Пен с расцарапанными коленками и сломанными куклами. Ты не имеешь права желать женщину, чьи слезы не раз вытирал когда-то.

Когда к ним подошла незнакомка, Кэмден разглядел любопытство в ее маленьких похожих на бусинки глазках. Ее спутник-англичанин приблизился не столь поспешно, но также проявлял любопытство. К счастью, Кэмден не был с ними знаком. Что, впрочем, не спасет его от скандала, если он не придумает правдоподобное объяснение тому, что он и незамужняя женщина из хорошей семьи проводили время наедине.

– Миссис Баркер-Пратт! Какая неожиданная встреча! – Пен изобразила радостное удивление.

Женщины расцеловались, затем Пенелопа повернулась к герцогу.

– Милорд, позвольте представить вам мистера и миссис Баркер-Пратт, добрых друзей моей покойной тетушки. – Пенелопа ненадолго умолкла, и лишь человек, знавший ее так же хорошо, как Кэм, мог бы догадаться, что она ужасно смущена. – Мистер и миссис Баркер-Пратт, познакомьтесь с лордом Пембриджем. Он приехал сюда, чтобы полюбоваться красотами местных озер.

Кэмден поклонился. «А не попались ли мы с Пенелопой?.

– Миссис Баркер-Пратт, мистер Баркер-Пратт, – рад познакомиться, – проговорил Кэм.

– О, милорд… – Миссис Баркер-Пратт присела в реверансе, а ее невысокий супруг, явно терявшийся рядом со своей громкоголосой и напористой женой, отвесил поклон.

– Вообще-то Баркер-Пратты родом из Шропшира, но на протяжении многих лет живут в Тиволи, – с фальшивым воодушевлением продолжала Пен.

– Как интересно… – пробормотал Кэм. Умение Пен представлять людей друг другу таило в себе какую-то опасную привлекательность. Он словно бы стал свидетелем того, как она перебиралась через реку, кишащую голодными крокодилами, по натянутой над ней веревке.

– Мы не были в Англии почти сорок лет, несмотря на войну и революцию.