Вирус лжи

Мечты могут остаться просто мечтами, потому что их с Олегом гляделки и касания рук могут вообще ничего не значить, а тот разговор — он был почти в шутку и тоже ничего, наверное, не значил. Мало ли что может быть, когда человек в горячке, а выздоровеет и уйдет своей дорогой.

Разложив вещи Олега по ящикам комода, Наташа застелила кровать и принялась вешать шторы. Комната должна быть привычной, она уже поняла, как много значит для Олега обстановка, в которой он живет. И она понимала, почему так, и жалела его безмерно.

— Ничего, солнце мое, мы построим что-то совсем новое. — Наташа слезла со стремянки и расправила шторы. — Ну, где-то так.

Она вытащила из комнаты стремянку и спустилась вниз. На кухне мать гремела посудой, оттуда пахло чем-то очень вкусным, мать мурлыкала знакомую песенку, и эти привычные звуки наполнили душу Наташи покоем. У нее есть дом, семья, работа, она сама хозяйка своей жизни, и все у нее получится.

Наташа вышла на веранду и уселась в кресло-качалку.

Наташа мысленно содрогнулась, вспоминая тот день, когда они с Олегом прятались за бронированной дверью его комнаты от того ужаса, который творился снаружи. Крики, звуки ударов, а потом кровь, повсюду кровь — и синюшное лицо младенца, натужно кашляющего. Наташа уже тогда понимала, что малыш вряд ли выживет, но такого кошмара она не предполагала.

Но Олег выжил.

Наташа поднялась и пошла по дорожке к калитке.

Над головой шумели сосны, их розоватые стволы поскрипывали, одуряюще пахло смолой и хвоей, и Наташа подумала о том, что Олегу после болезни будет очень полезно побыть здесь.