Вирус лжи

— Это орудие убийства. — Девушка-эксперт аккуратно надела пакет на руку трупа так, что и арматура, и рука оказались в пакете. — В морге пальцы разожмем и достанем. Не понимаю, от чего он умер, видимых повреждений нет, на кровоизлияние в мозг тоже не похоже.

— Проведите токсикологический анализ крови и тканей на наличие психотропных препаратов. Это его машина?

— Да. Володя изъял пластиковую бутылку с остатками воды, предположительно выпитой этим гражданином. — Девушка кивнула в сторону второго эксперта. — А так машина практически стерильная, но будем еще изучать.

Реутов кивнул и хмуро посмотрел на толпу за лентой, ограждающей место преступления. Его не интересовали убитые — старухи казались ему бесполезными и раздражающими. Один черт знает, отчего из некоторых теток получаются эти околоподъездные старушенции, присваивающие себе право судить всех вокруг.

— В какой квартире он жил?

— В двенадцатой. — Девушка-эксперт подала Реутову упакованные в пакетик ключи. — Туда пока не входили, ждали вас.

Реутов посмотрел на ключи и довольно хмыкнул. Точно такие же два ключа болтаются у него в кармане — на связке, найденной в сумочке Маши Гранишевской.

— Хорошо. А где свидетельница?

— Квартира номер один, у нее там врач сейчас.

Реутов кивнул и направился в подъезд. Нужно сначала поговорить со свидетельницей, а потом подняться в квартиру Кротова. Ему не хватало напарника, но хорошо уже то, что Витек сейчас сидит в их кабинете, зарывшись в папки со старым делом, и изучает документы. И если там есть что-то любопытное, Витек его обязательно найдет — нестыковки, белые пятна и откровенные провалы, Витек мастер на такие раскопки.

В квартире старухи стоял запах какой-то выпечки, и Реутов вдруг вспомнил, что толком не пообедал, не успел. Но деваться некуда, нужно выяснить, что же произошло здесь.

— Давление в норме. — Голос врача и звяканье каких-то металлических предметов.

— Внучка уже едет…

— Ну и отлично.

Реутов вошел в комнату, где медсестра собирала чемоданчик, а врач дописывала какие-то бумаги.

— Добрый вечер.

— Добрый. — Врач хмыкнула, взглянув на Реутова, и снова обратилась к старухе: — Вот и полиция, так что бояться больше нечего.