Ты не знаешь о дочери

Кать, тебе ничего домой не надо?

— Нет, — отозвалась я, вдруг начав нервничать по новой, осознав, что сейчас мы с Ромой останемся в одной машине вдвоём. Она, конечно, вовсе не тесная, как консервная банка, но всё равно эта мысль не давала мне покоя…

— Ром, со мной пойдёшь?

— Нет. Не хочу… Задолбался уже с этими перелётами.

— Ладно, тогда ждите, я быстро.

Он ушел, и мы остались в тишине. Какое-то время так и сидели молча, но я прямо нутром ощущала, что Роман за мной наблюдает и что-то хочет сказать. И очень сомневаюсь, что это «что-то» будет для меня приятным… Уж мне ли не знать, что он виртуоз в умении причинить боль словесно.

— Ты планируешь искать новую работу? — спросил он, повернув зеркало на меня.

Я прикрыла на миг глаза, чтобы не начать с ним ругаться прямо здесь. Я же говорила — если Рома откроет рот, то мне это точно не понравится.

— Не гони меня, Ром, — ответила я, снова увидев его серые глаза в отражении зеркала.

— Ну, может быть, Екатерина Премудрая предложит ещё уйти мне из собственной фирмы?

— Я ничего тебе не предлагаю. Не перегибай, Рома. В конце концов, ведь это ты вернулся в мою жизнь, а не я в твою. Я работаю на твоего отца — так уж вышло — уже несколько лет, а ты только приехал. И почему же я должна куда-то вдруг уходить?

— А чтобы тебе самой спокойнее было, — нагло заявил мужчина, глянув на меня взглядом, в котором плясали хорошо знакомые мне черти.

Эта фраза означала, что Роман будет меня травить и цеплять, как в школе, ради своей забавы.

— И чё тебя вообще принесло сюда? — вырвалось у меня раньше, чем я успела об этом подумать.

— Слышь, Рыжая, — нахмурился Роман. — Я, может, ещё у твоего величества должен спрашивать разрешения, куда мне перемещаться или не перемещаться?

— Нет, конечно… Извини, — потупила я глаза. А потом снова подняла их и смело взглянула в его лицо, чтобы он понял, что сдаваться и убегать в страхе, поджав хвост, я не намерена.

— Да что ты говоришь, — передразнил он меня, и мне отчаянно захотелось залепить ему по ухмыляющейся, не до конца бритой роже.

— А почему тебя так волнует, что я буду работать в компании твоего отца?

— Совершенно не волнует, — ответил он.