Ты не знаешь о дочери

— Не хотел я удостоверяться, что с тобой всё в порядке! — заявил я.

Катя нахмурилась, подозрительно оглядывая меня.

— Ром, ты напился, что ли? Езжай домой, проспись, не устраивай цирк, пожалуйста.

Я взял её за плечи и развернул к себе. Она дёрнулась от меня в сторону, но я не дал ей уйти. Сначала я скажу. И спрошу. И только после этого уеду. Я понимаю, что мне здесь вовсе не рады. Катя холодна ко мне как камень.

— Я хотел увидеть тебя. Просто тебя.

— И что дальше?

— Ничего.

— Тогда отпусти меня и уезжай. Зря ты…

— Не зря.

— Ни к чему хорошему такие поездки и разговоры не приведут, Ром, — ответила она. — Да и не до этого сейчас мне! Я кроме Оли ни о чем не могу думать больше!

— Я тоже о ней беспокоюсь, правда, — ответил я, так и не выпуская её из рук.

Я почти обнимал её внаглую, пока она пыталась вывернуться.

— Не видно!

— Я не вру.

— Да оставь ты меня в покое! — изловчилась Катя и отпихнула меня от себя.

Выражение её голубых глаз сменилось. В них стояла печаль, а теперь — злость на меня.

— Ты тогда спала с Кириллом? — спросил я.

Катя так и открыла рот от изумления.

— Питерский, ты совсем уже с ума сошёл?! — возмутилась она. — Ты чего сюда пришёл — снова пилить меня за прошлое? Уходи, Рома! Мне и без твоих тупых вопросов сейчас тяжело!

— Просто ответь мне: ты спала с ним или нет?

— Нет! — выдохнула она. — С чего такие вопросы вообще?

— Архип мне все рассказал. Правда, что Кирилл потом за тобой таскался, но ты его не приняла?

— Конечно, не приняла! Зачем мне он? Мало того, что такое дерьмо оказался, так ещё и лип, не слышал, что не нужен.

Притянул Катёнка за шею к себе ближе и приник к её губам.

В голову тут же ударили ощущения, запахи, чувства…

Я помню всё до мелочей, каждую трещинку её губ, их вкус, мягкость, запах волос.

Плевать, что нельзя. Плевать, что потом будет ещё больнее.

Я впивался в неё всё сильнее…

Я просто утонул в этих ощущениях.

Катя на какое-то время словно впала в шок, ничего не делала, а потом стала барахтаться в моих руках, толкаться.

Пришлось её отпустить, как бы мне не хотелось продолжить, отнести её в комнату, кинуть на кровать и…

Вот этого уже нельзя. Силой мне не надо. Сама захочет. Позже…

— Ты обалдел?! — толкнула она меня к двери. — Иди отсюда!

Всё очарование момента спало. Гонит меня как пса уличного… Заслужил ли я? Не знаю, может быть. Но от этого не легче.