Вернуть Веру

Бестолково приглаживала волосы, пробегала пальцами по заспанному лицу и бормотала что-то восторженное совсем не о том, о чем я ее спрашивал.

- Мне нужно увидеть девочку. Дашу… Сегодня мы будем снимать с ней сюжет для новостей, этот вопрос уже согласован с администрацией… - терпеливо повторил я.

- Конечно-конечно, - лепетала девица.

- Так я могу к ней пройти? Или что? Вы хотите сфотографироваться?

- Не хочу! То есть… конечно, можно… Да только не в этом дело. А в том, что время для посещений еще не наступило, а у Даши и так уже есть визитеры.

- Тем более. Раз уж у нее кто-то есть, то и я не помешаю.

Я достал из арсенала своих улыбок самую жалостливую, и девица, наконец, поплыла. Улыбнулась, тут же покраснела, пробормотала что-то невнятное, но все же вышла из-за стола, чтобы меня проводить.

Дверь в палату была открыта. Я шагнул было внутрь, но замер, не сделав и шага. Ника стояла у окна, покачивая Дашу на руках, и что-то ласково ее шептала. Целуя маленькие кулачки… Я опустил голову.

Ощущая, как что-то давно забытое, а может, никогда не испытываемое мною вовсе, заворочалось, приподнялось внутри. В глубине коридора зазвенела ведрами санитарка. Ника вскинулась. Повернула голову и уставилась прямо на меня.

- Привет. Не ожидала тебя увидеть в такую рань.

- Я тоже не надеялся кого-нибудь встретить. Как она?  - подошел ближе. Всего каких-то пару шагов, палата-то была совсем крошечной. Дашка заулыбалась.

- Ну, привет. Я Стас… Дед Мороз, помнишь?

- Я планировала выйти с ней на улицу.

С Дашей здесь совершенно некому гулять. Персонала не хватает, и она вынуждена торчать в палате дни напролет, - затараторила Ника, сверившись с часами на тоненьком запястье. – У меня есть еще полчаса. Потом я договорилась о встрече с главврачом и юристами… Нужно понять, как быть со счетом для сбора пожертвований, чтобы не встрять.

- Я в курсе.

- Правда? - Ника недоверчиво вздернула бровь и неловко передала мне с рук на руки Дашку. – Руки устали. Подержишь?"

"Она все сильнее нервничала.

И это ну очень бросалось в глаза. Неужто запомнила наш разговор о задранных юбках? А если так, даже интересно, жалеет ли она о том, что спросила? Или все еще хочет узнать, что бы я сделал, застав ее в непотребном виде? Есть ли хоть какой-нибудь шанс, что ей это действительно интересно? И какого черта я только об этом и думаю?!

Прерывая мои мысли и повисшую в комнате неловкость, в палату вошла уже знакомая мне Лидия Михайловна.