Вернуть любой ценой

– Да какая няня! Он тут с матерью, – фыркаю возмущенно. Включаю освещение, заливающее двор ярким светом. И как завороженный бездумно пялюсь на огромный газон и чернеющую за ним речку.

– Сколько ему?

– Четыре.

– И ты ничего не знал?

– Прикинь, – усмехаюсь я и добавляю с усмешкой. – Знаешь, как при адюльтере. Посрадавшая сторона узнает в последнюю очередь.

– Сочувствую. И что теперь?

– Женюсь на матери моего сына. Вступлю в отцовство.

– Может, проще забрать. Признать ее невменяемой. Или дать денег.

– Нет, так легко она не отделается, – роняю с кривоватой усмешкой.

 – Проще жениться. На суд много бабла уйдет. И результат непредсказуемый.

– Тебе, конечно, виднее, – словно филин ухает Федор. – Но надевать на себя ярмо? Нафига, Витя?

– Это простая формальность. В моей жизни ничего не изменится, Федь.

– Ну не знаю. Ты, конечно, прошаренный, доктор. Но кажется, чего-то не догоняешь.

– На работе поговорим, – заканчиваю разговор, поворачиваясь к окну. Зябко ежусь на сквозняке. И с тоской смотрю на Даню, прижавшегося к матери.

Холодный ветер выстуживает и без того покрытую льдом душу. А так хочется завалиться на лежанку рядом с сыном. Смотреть мультики. Что-то обсуждать. И чувствовать на своем предплечье маленькую ручонку.

Эх! Но так просто ничего не происходит.

Вернувшись в дом, подхожу к камину, собираясь развести огонь. И тут же торможу. Ребенок маленький в доме! Очень опасно. Придирчиво осматриваю студию, будто впервые вижу. Стеклянный стол надо убрать. Ножи с кухонного стола перевесить на стену.

А еще купить заградители для варочной панели. И самое главное, надежно закрыть бассейн. Воды в нем уже нет. Вылил я до первых морозов. Но если малыш упадет, может сломать ногу или позвоночник. Много ли ему надо? Опытным взглядом врача оглядываю худенькую фигурку сына.

Чек-ап нужно сделать в ближайшее время. И узнать, какой тут приличный детский сад имеется поблизости. И к остеопату знакомому сводить.

– Лиза, можно тебя на минутку, – зову, беглым взглядом пробегая по кухне. Со стола убрано.

Тарелки вымыты. Ну и на том спасибо!

– Что, Витя? – направляется ко мне мать моего сына. – Ты что-то хотел?

– Давай чаю попьем и поговорим, – предлагаю миролюбиво. – Пока Даня занят, проведем время с пользой.

Ставлю кипятиться электрический чайник, выставляю на стол чашки и заварочные пакетики. И сам сажусь напротив. И так придется жить несколько лет? Правда?

«Господи, тоска-то какая!» – вздыхаю обреченно. Не хочу я жениться. Но похоже другого выхода у меня нет.