Великое избавление

Довольно с них воскресений. Только Уильям Тейс являлся на мессу каждый день, а теперь, когда его не стало… теперь я по будням служу мессу в пустой церкви.

— Он был вашим близким другом? — спросил Линли.

Рука священника дрогнула, нащупывая выключатель.

— Он был мне как сын.

— Он когда-нибудь жаловался вам, что плохо спит? Говорил, что нуждается в снотворном?

Рука вновь задрожала. Священник явно колебался. Пауза затянулась. Линли шагнул ближе к свету, чтобы получше разглядеть лицо старика. Священник уставился на выключатель, губы его шевелились, словно в безмолвной молитве.

— Вы нездоровы, отец Харт?

— Я? О нет, все в порядке. Просто я… так часто вспоминаю о нем. — Священник как-то сжался, осел, будто воздушный шарик, из которого разом вышел весь воздух. — Инспектор, Уильям был хорошим человеком, но душа его страдала. Он никогда не говорил мне о бессоннице, но меня это вовсе не удивляет.

— Почему?

— Потому что, в отличие от многих, топящих горе в вине или находящих иные способы избавиться от проблем, Уильям встречал их лицом к лицу и старался сделать все, что от него зависело.

— Вы имеете в виду бегство Тессы и Джиллиан?

Услышав второе имя, священник бессильно прикрыл глаза и громко сглотнул.

— Тесса ранила его. Джиллиан его уничтожила. Он так и не оправился после ее ухода.

— Какой она была?

— Она… она была ангелом, инспектор. Ясным солнышком. — Дрожащая рука повернула выключатель, священник вновь жестом пригласил их в церковь.

Внутри помещение мало походило на деревенскую церковь. Те обычно бывают маленькими, квадратными, чисто функциональными. Ни форма их, ни убранство красотой не блещут. Но это здание выглядело совершенно иначе. Его строитель задумывал настоящий собор: две огромные колонны на западной стороне храма могли выдержать гораздо больший вес, чем крыша церкви Святой Екатерины.

— Ага, вы заметили, — пробормотал отец, проследив, как взгляд Линли перемещается с этих колонн на апсиду.

— Чудо? — переспросила Дебора.

— Истинное чудо. Если бы аббатство стояло здесь, где покоятся останки святого Кедда, все было бы уничтожено в годы правления Генриха Восьмого, в пору гонений на католиков.