Ведьма для охотника (СИ)

Только косятся злобно и активнее показывают свои глубокие компетенции красивому неженатому (да даже если и женатому, какое это имеет значение?) боссу.

А я смотрю, прикидывая, как себя вести в свете вновь открывшихся обстоятельств, так сказать…

Тут самое главное не сорваться, как в тюрьме, мне нижнюю полку отбивать не нужно, хотя рука, спрятанная за спиной, сжимается в кулак. А вторая стискивает ремешок сумочки.

Я смотрю на них, на голодных сук, которые прыгают вокруг вожделенной добычи, и понимаю, что в лесу у меня хотя бы конкуренток не было, кроме козы.

Потом, правда, выяснилось, что даже козу ставили на ступень выше, чем меня, потому что этой рогатой стервозе позволялось гулять, где вздумается. Да и информацией она обладала большей, в отличие от меня, явно же в том доме красивом пропадала, а не в лесу, как я, дура, переживала.

А тут…

На нем виснут бабы… Ну, это понятно, такой спортивный снаряд, как не виснуть? Непонятно, чего это я так завелась?

Старательно гашу в себе лютое недовольство ситуацией, поджимаю губы, становлюсь ровнее.

Еблонская, не киснуть! Ну, подумаешь, не оправдались ожидания… Чья это проблема? Только моя.

Пока провожу мгновенный аутотренинг, машинально вслушиваюсь в рабочий гул кабинета.

Женщины трещат о том, что некий господин предлагает некое слияние. По поводу слияния, я смотрю, у господина Кирсанова всё в порядке, желающих слиться с ним хоть отбавляй.

Юрий изучает документы, даже не делая вид, что вслушивается, и в какой-то момент очень тихо и веско роняет:

— Нет.

Все тут же дружно отваливают.

Дрессировка - наше все, да…

В кабинете наступает тишина, спокойствие, женщины отходят от него на шаг, срочно начиная заниматься важными рабочими делами.

Видно, даже самые тупые уяснили, что босс злой, приставать к нему опасно для здоровья, он сам выбирает, он у нас доминант. Ему просто так не навяжешься.

Занятая наблюдением за террариумом, я пропускаю момент, когда господин Кирсанов обозначает свой интерес к моей персоне.

Не здороваясь, даже не делая попытки быть вежливым, Юрий идет в мою сторону, кивает:

— Ко мне в кабинет, Юлия Никитична, будьте любезны.

И проходит мимо.

В любой другой ситуации я бы, наверно, заупрямилась. Потому что нехер так невежливо.

Интересно, когда он меня заметил? Наверно, сразу. И ни слова, ни взгляда…

Ни намека, что видит меня.

Господи, какой невыносимый… дикарь! Лесное чучело.

Одно радует: змеиные взгляды его поклонниц.