Ваше Сиятельство #1

Теперь на хронометр смотрел господин Барков. Когда я поравнялся я ним, одолевая последний метр дистанции, то услышал первую похвалу за два года:

— Поражаете, ваше сиятельство! Молодец! Высшей степени молодец!

Ну, да, я в этом забеге оказался неплох: позади шагах в пятистах из последних сил тянулись Рыков, Лозовой, Лужин — прежде признанные лидеры в беге. Далеко за ними виднелись остальные из парней нашего класса. Девушки свою двухкилометровку уже закончили, и вторая похвала постигла меня от Айлин.

— Ты лучше всех! Обожаю тебя! — она бросилась мне на шею.

Потом шепнула: — Жаль моя мама сегодня дома. Пошли бы ко мне. Очень хочу сделать, как прошлый раз.

— Мне сегодня ехать к Евстафьевым, увы, пообещал, — ответил я, почти восстановив дыхание. И тебе это пока нельзя делать. Нужно, чтобы все зажило.

Пока мы обнимались с Айлин, мой взгляд случайно встретился с глазами Ковалевской — она показала мне язык. Это было по-детски, совсем неожиданным от нее, старавшейся казаться самой взрослой, искушенной дамой нашего класса.

Бежавшие за мной одноклассники стали прибывать к финишу. Вот пришел Лужин, направился к дожидавшейся его баронессы Грушиной, не забыв бросить злобный взгляд в мою сторону. Чуть позже прибежали другие приятели и шестерки Сухрова. Самого Еграма на физподготовке не было. С его-то больными ногами! Он сегодня вообще не пришел в школу, но в понедельник он должен явиться. Меня не покидало ощущение, что в предстоящем поединке граф Сухров готовит какой-то неприятный сюрприз. То, что он ходит к дорогому магу-целителю из храма Асклепия — это я знал.

И то, что он давно посещает школу боевых искусств «Царские Волки» — это знали все. До понедельника он мог подлечить ноги, не на 100 процентов, но близко к тому. Но мне казалось, что сюрприз, который готовит Сухров, заключался вовсе не в его физической форме. Уж слишком вызывающе сегодня с утра вели его ближайшие соратники: Подамский, Адамов, оба Брагина и, конечно, Лужин. Если на следующий день после поражения Сухрова все они сникли и старались не смотреть в мою сторону, то теперь будто поймали новую волну вдохновения и начали чувствовать за собой какую-то серьезную силу. Виконт Адамов на перемене спросил Айрин: «С кем же ты, бедная овечка, будешь теперь в школу ходить? Во вторник Елочки для тебя уже будет». Я в тот момент выходил из класса, чтобы поболтать с Рамилом Адашевым, и, к сожалению, вопроса не слышал — иначе бы Адамов подавился своим опасным намеком. Он очень напугал Айлин.