Ваше Благородие

Вал этот длиной в семь километров имел глубокий ров, насыпь и уже поверх неё высилась каменная и кирпичная кладка стен. Первыми нанесли демонстрационный удар левые колонны у мелководного приазовского Сиваша. В этом месте вал имел значительные разрушения и турки, уверенные, что русские именно здесь и нанесут свой главный удар, собрали тут свои основные силы.

Слева уже более полутора часов шла ожесточённая стрельба, и слышались отдалённые крики.

– Вперёд! В атаку, братцы! За матушку-императрицу! Ура! – крикнул генерал-майор Мусин-Пушкин и главная штурмовая колонна, состоящая из двух егерских и девяти гренадёрских батальонов, ринулась на приступ со стороны Чёрного моря.

– Прикрываем друг друга как на учениях! – крикнул Лёшка и присел около рва, выбирая цель."

"До противника было, где-то около ста пятидесяти – двухсот шагов, трудное расстояние для прицельного боя фузей и очень удачное для нарезного оружия, поэтому команда, снабженная винтовальными ружьями, рассредоточилась цепью и вела огонь на поражение.

Как Лёшка и сам уже убедился, круглая фузейная пуля после ста пятидесяти – двухсот шагов имела отклонение в полтора и даже уже в два метра, но егеря были стрелками опытными и даже с такого расстояния они умудрялись отстреливать тех янычар, что суетились сейчас на валу. Слабая баллистика гладкоствольного оружия компенсировалась здесь отчасти высокой скорострельностью, и то один, то другой турок падал, скатываясь с вала, поражённый их пулями. Да и армейские и полковые орудия-единороги, мортиры и гаубицы, ведя свой огонь поверх голов атакующих, давали им весомую поддержку. Русская пехота побросала в ров навязанные заранее из лесин и канатов лестницы, плетенные из ивняка корзины и огромные связки прутьев – фашины. По ним, как по шатким мосткам, первые атакующие солдаты, спрыгивая вниз, рванули к противоположному краю рва.

– Братцы, за мной! – рявкнул Лёшка и сам, спрыгнув на шаткую поверхность из плетёного ивняка, кувыркнулся вперёд.

Быстрее под защиту земляной стены! Здесь в образовавшейся мёртвой зоне можно будет хоть немного передохнуть перед следующим броском.

Рядом пристраивались егеря из своей команды, солдаты из чужих егерских и гренадёрских батальонов, слышалось их заполошное дыхание и матерки.

– Лёшка, ты?! – толкнул его вдруг кто-то сзади. Алексей обернулся и с удивлением узнал в здоровом подпоручике своего давнего знакомого гренадёра из Черниговского полка, с кем ему когда-то довелось познакомиться ещё при том давнем взятии Бендер.