В твоих руках не страшно

— Ну что вы, ваше величество? — с уже привычной для меня холодной циничностью усмехается Мартан. — Мы никоим образом не мешаем вам идти дальше. Коридор-то широкий.

Если до этого Танраггос был просто очень зол, то сейчас его буквально перекашивает.

— Немедленно отойдите с дороги! Вы мешаете моим людям задержать преступницу и её подельницу.

— А преступница это та, которая вам не дала, или та, что не дала её за это убить? — с преувеличенным интересом любопытствует Бранн.

И у меня волосы на затылке шевелятся.

— Да как ты смеешь так разговаривать со мной? — белеет король, переходя уже в состояние полного бешенства.

Таким я мужа ещё никогда не видела. Не знаю, как стою ещё, такая дрожь меня бьёт. Я до того привыкла, что его ярость означает мою боль, что кажется, будто затянувшиеся рубцы на спине опять горят огнём.

Боги, как же я его ненавижу. Как же я хочу больше никогда его не видеть.

— Что здесь происходит? — внезапно раздаётся новый голос, исполненный такой сокрушительной силы, что всех буквально придавливает к полу, словно каменные плиты на плечи опускаются.

Резко осекается Танраггос, разворачиваясь на звук. Бледнеют его гвардейцы, пугливо оглядываясь на враз окружившую нас тьму, липкими тенями скользящую по стенам и потолку. Жалобно пискнув, Хэфи прячет лицо, уткнувшись мне в плечо."

"А я, затаив дыхание, смотрю, на выступающего из мрака Адлара.

— Принц Адлар, — шумно сглотнув, произносит Танраггос, отступая с дороги. И с явным усилием продолжает: — Ваши люди чинят препятствия моей охране в задержании ведьмы Маэренн.

— Мои демоны, охраняют ту, которую невеста моего брата, считает своей приближенной особой.

— Но она преступница, — возмущённо цедит Танраггос, не желая сдаваться. Не привык он, когда ему отказывают в жажде чьей-то боли и крови.

— Да неужели? И в чём же её преступление? — Адлар находит глазами меня.