В твоих руках не страшно

И вот тут-то я отчётливо и ясно поняла, что мне очень приятно нравиться моему демону. И приятно, что он глаз от меня оторвать мне может. И что то и дело норовит прикоснуться, обнять, приласкать.

Пресветлая, я ли это?

Неужели так и должна чувствовать себя женщина рядом со своим мужчиной, если между ними не стоит страх?

И неужели я снова назвала его… своим? Своим мужчиной…

Что мне делать с тем, что в глубине души я, кажется, не так уж против быть… его женщиной? По крайней мере, попробовать.

Как мне быть, Пресветлая?

Просто… жить?

А я сумею?

И вот мы с демоном останавливаемся возле большой двойной двери в конце коридора.

Аедан сам открывает её передо мной. Пропускает вперёд. Заходит следом, закрывая дверь. Я чувствую, как активируются за моей спиной защищающие от подслушиваний заклинания.

В комнате нас ждут двое.

Мальчишка и мужчина.

Спасённый мною волчонок, высматривающий что-то в окне и выглядящий теперь настоящим маленьким принцем.

И его отец. Князь Ингальф впечатляет ростом и хищной мощью почти так же, как и Аедан.

Длинные каштановые слегка вьющиеся волосы, свободно лежащие на широких плечах, аккуратная борода, светло-серые, будто прозрачные и очень пронзительные глаза, шрам над левой бровью. Такого увидишь и точно не забудешь.

И я его уже точно когда-то видела. При дворе в Аделхее, когда ещё были живы наши с Тори матери, а мне самой было лет девять, наверное. Тогда к королю Танраггосу приезжали послы из Луады. Среди которых был и племянник покойного старого князя оборотней.

Я этих послов, само собой, в глаза не видела, лишь слышала разговоры взрослых.

Но однажды, когда мы с Тори играли в королевском саду в прятки, я случайно наткнулась на целующуюся в одном укромном уголке парочку. Одна из придворных девиц, входящих в свиту королевы, буквально висела в руках вот этого вот самого гиганта, с пылом отвечая на его настойчивые лобзания.

Я тогда честно попыталась уйти незамеченной. И ушла бы, не будь у оборотня такой чуткий слух, а под моими ногами такой скрипучий гравий.

Конечно же, он меня услышал. И само собой заметил. А после него и девица, которая, узнав меня, очень испугалась, что я расскажу маме, или, что ещё хуже, самой королеве Санории. Та к нравам в своей свите была довольно строга. В общем, я, сама того не желая, оставила незнакомца без… того, на что он рассчитывал, ибо девушка с тихим писком убежала прочь.

Да и я тоже… убежала. Правда, сначала извинилась, что помешала. И вежливо пожелала опешившему громиле хорошего дня.