В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

При этом животик в гармошку не складывается, будто она его специально втянула!

От вида такого разврата можно дунуть на головку, и разорвёт мой член к чертям. Я всегда на такие позы в прошлой жизни наяривал... А тут всё наяву, так близко. И только для меня. С ума сойти, что ты делаешь, бесстыжая целочка."

"Маленькая развратница поворачивает голову, щекой к покрывалу прислоняясь.

— А эта нравится? — Произносит сладко.

Молчу, ибо знаю, после ответа зрелище закончится. И не факт, что будет новое. Ведь куда уж интереснее?!

Ждёт секунд пять.

Да эта развратница и сама возбуждена!

— А так нравится? — Спрашивает уже с некой обидой или претензией.

— Идеальная пися, — не могу сдержаться.

Держит ещё секунды две своё сокровище распахнутым, наблюдая, как слюни пускаю. Убирает руку, закрывая её обратно. Опускает попу, переворачивается и усаживается на кровати. Смотрит на меня хоть и победно, но сама красная, как варёный рак!

— Теперь ты будешь просто смотреть, Кристиан, — заявляет хищно!

Чего?! Вот же зараза придумала.

— Ты серьёзно?!

— Именно, — скалится.

Какое — то время сверлю её взглядом. А она смотрит победно. Но хрен ты угадала!

— Как скажешь, милочка, — хмыкаю, поднимаюсь и спускаю штаны с трусами до колен, вываливая вставший член, на головке которого уже белая росинка смазки выделилась.

Дёргаю быстро, и он наливается сталью ещё сильнее, вырастая больше. Нелли с раскрытым ртом смотрит на это чудо. О, да крошка. Мой член значительно подрос за два года. Демонстрирую ей его. Рубаху задрал, чтобы ещё пресс узрела. Попой влево — вправо виляю, членом качая, словно хвостом собака. Затем спиной поворачиваюсь и ещё задом поступательные движения основного полового процесса демонстрирую, сжимая булки прокаченные.

Поворачиваюсь, лицезря, как девочка впилась в меня диковатыми глазищами с раскрытым ротиком. Натягиваю штаны назад, застёгиваю ремень и говорю победно:

— Теперь ты будешь просто смотреть, Нелли.

После этих слов во взгляде «тигрицы» какие — то даже претензии. Но мне плевать, иду к накрытому ужину, закусываю бифштекс, запиваю чаем и с набитым ртом ей напоследок объявляю:

— Ах да, на ночь меня не жди.