В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

— Само зарастёт, — отвечает суккубка обыденно. — У половины воительниц за наш общий путь кости ломались, и не раз. Не страшно для сестёр. Но не хорошо для отряда. В нашей ситуации это ослабление боеспособности. Три воительницы выведены из строя на несколько раков, Вусала же наоборот может уже драться, хотя бы с луком. В итоге минус два бойца.

— Я понял, — бросаю сердито. — И зачем было так лезть?

— Не кори их, они ощутили вкус свободы. И хотели показать себя.

— Передо мной?

— Перед тобой и собой.

— Понятно, — хмыкаю несколько раздраконенный.

Лихетта голову опускает. Вздыхает.

А я уже сварливо:

— С великаном почему так яростно не бились?

Снова вздыхает. Угрюмое лицо прячет, я бы даже сказал, бесстыжее.

— Имиретта приказала оставить его тебе, — бурчит себе под нос.

Во как⁉

— И зачем же? — Брякаю с иронией."

"— Крис, мы приказы не обсуждаем. Да особо и не поддавались.

Мдя, не только я умею «пёсьи» бровки делать. И эта коза тоже мастерица. Зеленоглазая блондинка с аппетитными формами, привлекательная, опытная, мудрая женщина и боевая самка. Но меня сейчас не проймёшь!

— Хм, а сестры возмущались почему? — Ехидничаю. — Ну, когда я его зарубил, высказывали мне, дулись.

— Для пущей правдоподобности, — признаётся.

То есть Имира силы мои проверяла? Навыки или что? Какими возможностями обладаю? Это как приспешники Уцарии в шахте? Тоже баловались, и доигрались. Прослеживается стиль Сехмет, которая меня, похоже, изучает со всех возможных сторон.

— Дурили меня, значит? — Хмыкаю. — Артистки хреновы.

— Да, Крис, прости, — бурчит.

— А сейчас? — Спрашиваю с нажимом.

У Лихетты глаза расширяются.

— Ты о чём, Крис⁇ — Ахает.

Поднимаю руку, демонстрируя запястье с ниточкой Цил.

— Почему такая реакция, а? Знаешь, что это? — Наседаю.

— Да, знак дружбы принцессы Цецилии Ледопламенной.

— Так почему⁈ Млять, такая реакция⁈ — Кричу на неё взвинченный.

Лихетта явно охренела от моего тона. Задышала часто. В глазах не то ужас, не то растерянность.

— Я не знаю, какого ответа ты ждёшь, — выдавила. — Если Цецилия подарила тебе её, значит, ты хороший человек.