В плену Обмана (СИ)

И я дурею от этой мысли, переворачиваюсь, кидаю Аниту на кровать, встаю на колени между ее раздвинутых ножек, опускаю глаза вниз, член болезненно дергается, и я почти кончаю от вида чистого лобка, розовых нижних губок и блестящей влаги. Твою мать! Дайте мне сил не сорваться и не изнасиловать эту нежную девочку! Расстегиваю ширинку, снимаю джинсы вместе с боксерами и усмехаюсь, когда зайчонок опускает взгляд на мой уже давно на все готовый член и сглатывает. Но мы еще поиграем.

— Разведи ножки шире, — прошу, обхватывая ее согнутые колени.

 — Покажи мне себя, — и девочка выполняет, раскрываясь передо мной, дышит глубоко, облизывает губы и следит за мной.

— Это очень красиво, сладкая.

Я помещаюсь между ее ног и наклоняюсь, упираясь в подушку, и начинаю покрывать ее тело поцелуями, пробуя мою девочку на вкус. Член упирается в горячие складки, и я сам хрипло стону, прикусывая ее кожу. Запускаю между нами руку, раскрываю складочки, направляю головку члена и начинаю скользить ей по клитору: пара прикосновений — и Анита выгибается, сильно закусывая губы.

Вожу членом по клитору ещё и еще, пока принцесса не начинает извиваться и дрожать, истекая влагой.

— Я не могу сдерживаться, — хнычет она. — Это сильнее меня.

Вновь впиваюсь, поглощая ее удовольствие, позволяя кусать губы, когда ускоряю движение члена по набухшему клитору. Я чувствую, когда ее срывает, ощущаю волны по ее телу, потому что меня трясет вместе с ней. Ещё немного — и девочка кончит. Раз — притормаживаю, надавливая головкой на клитор.

Два — наклоняюсь к бесстыдно торчащей груди и накрываю губами сосок, сильно втягивая его. Три — ускоряю скольжение по клитору, и Анита впивает ноготки в мои плечи, причиняя сладкую боль. Четыре — она разводит ноги шире, подается ко мне бедрами. Пять — Анита приподнимается, кусает меня за плечо и кончает, содрогаясь в оргазме. С хриплым стоном кусаю собственные губы, хватаю с тумбы презерватив, с рыком разрываю зубами упаковку и быстро раскатываю ультратонкий латекс по члену. Обхватываю ее дрожащие ножки, закидывая их себе на плечи, наклоняюсь, прогибая мою девочку, и резко проскальзываю в нее.

— Охренеть! — ругаюсь сквозь зубы от того, какая она тугая, горячая, бархатная.

Хочу ее без резинки, я могу и не кончать в нее, мне бы понравился вид моей спермы на ее бедрах или животе, но, возможно, она еще не настолько доверяет мне. Меня уже кроет, в глазах темнеет, когда я начинаю двигаться и останавливаюсь, потому что пытаясь отсрочить свой оргазм.