В объятиях лунного света

Но после поцелуя Лит явственно видел в ее глазах блеск подлинной страсти.

– Так да или нет?

Она закусила губу, не зная, что сказать. Потеряв самообладание, Лит наклонился и поцеловал ее. Из губ Нелл вырвался испуганный вздох, и маркиз почувствовал на своем лице ее теплое дыхание.

Его руки скользнули по ее спине. Он обнимал мисс Трим так, как обнимает любовник свою возлюбленную. Лит знал, что ему придется дорого заплатить за эту вольность, но ничего не мог поделать с собой.

Поцелуй длился всего пару секунд, но до глубины души взволновал Нелл.

Выражение лица маркиза ничуть не смягчилось, оно было все таким же мрачным, почти ожесточенным. Но его губы были мягкими и нежными.

Судорожный вздох вырвался из груди Нелл. Она хотела что-то сказать, но Лит снова припал к ее губам. Ей показалось, что этот поцелуй длился дольше. И вкус у него был такой же деликатный, как у прекрасного кларета.

У Нелл перехватило дыхание, когда маркиз поднял голову и пристально взглянул на нее.

– Это было… – начала Нелл и осеклась, не найдя нужных слов.

Великолепно? Неправильно? Пугающе опасно? Волнующе? Она стала молиться, но вдруг подумала, что Всевышний, наверное, осуждает ее. Нелл вступила на скользкую дорожку, на путь саморазрушения. Она и не подозревала, что способна на подобные поступки.

Лит провел большим пальцем по линии ее подбородка, и Нелл почувствовала покалывание от прикосновений мужской сильной руки.

– Обычно вы не лезете за словом в карман, мисс Трим, – произнес он, и у Нелл перехватило дыхание от его голоса, ласкового и мягкого, как шелк.

Нелл никогда раньше не целовалась. И если представляла, как это однажды произойдет, думала, что мужчина, которому посчастливится поцеловать ее, будет называть ее по имени. Но обращение «мисс Трим», которое она слышала из уст его светлости, заставляло трепетать Нелл от волнения.

И да простит ее бог, последнее время, когда она представляла себе поцелуи, лобзающим ее мужчиной всегда был лорд Лит.

Нелл чувствовала, как почва уходит у нее из-под ног. Ей нужно было бежать отсюда, оставить мысли о мести, забыть маркиза. Ей стоило вернуться в Мирселл, к доброму отчиму, почтенному отставному военному, к скромному существованию в родительском доме, к повседневной отупляющей рутине.