В объятиях лунного света

Охваченный нетерпением, Лит стянул с нее платье через голову, и Нелл осталась в белой сорочке и корсете. Маркиза переполняли эмоции.

– Ты понятия не имеешь, как твоя уродливая пуританская одежда раздражала меня. – Он отшвырнул платье в сторону. – Каждый раз, когда я видел тебя в сером платье, мне хотелось сорвать его с тебя, завалить на стол и изнасиловать.

Нелл прыснула со смеху.

– А если бы в этот момент в комнату вошел мистер Уэллс? Что бы он подумал?

– С ним, наверное, случился бы удар.

Матовая кожа Нелл была кремового цвета.

"– Ты казалась мне сдержанной, строгой и, наверное, не подозревала, сколько раз мне хотелось изнасиловать тебя, прижав спиной к книжным полкам, – промолвил Лит, возясь со шнуровкой корсета.

Нелл снова засмеялась.

– Жаль, что я об этом не знала.

– А я думал, ты догадываешься. Твои действия порой казались провокационными и сводили меня с ума.

– В моих действиях не было никакого расчета. А ты разве не видел, что я… не могу сопротивляться тебе? Особенно после нашего разговора в твоей спальне.

Не сумев справиться со шнуровкой, Лит разорвал корсет по шву. Нелл ахнула и инстинктивно прикрыла грудь руками, однако тут же опустила их. Сквозь тонкую ткань сорочки просвечивали розовые соски. Это зрелище было способно привести Лита в неистовство.

Маркиз снова стал целовать ее, наслаждаясь тем, что она горячо отвечает ему на ласки. Его руки запутались в ее волосах.

– Помочь вам разуться, милорд? – прошептала Нелл.

– О господи! – ужаснулся маркиз. В пылу страсти он забыл, что пришел сюда в грязных сапогах после долгой дороги. – Ты, наверное, решила, что я хам!

– Вовсе нет.

Нелл с улыбкой встала с кровати. Одетая в сорочку и нижнюю юбку, Нелл походила в этот момент на приносящую себя в жертву девственницу. Лит снова почувствовал угрызения совести, но не стал прислушиваться к ее тихому голосу.

– Ты носишь панталоны?

Нелл покраснела. Ему нравилась ее стыдливость.

– Да.

– Сними их.

Лит ожидал возражений. Мисс Трим была непокорной служанкой. Но на губах Нелл появилась обольстительная улыбка.