В оковах его власти (СИ)

В одной руке крепко сжатая сигарета, в другой пойло. В нем сколько пороков? Все семь?

Относительно увольнения Белов не сказал, а отдал приказ, который, кажется, уже мог бы быть приведен в исполнение.

—Кушай, это все тебе, сейчас еще принесут горячее и десерт.

Глядя на незамысловатые закуски, я ощутила голод, и не просто голод, а довольно сильный, ведь я ела в последний раз вчера примерно в это же время. Порой мне казалось, что мой организм буквально питался Святым духом.

—Ты болезненно худая, это надо исправлять, — печально резюмировал мужчина, положив стакан на стол.

Мне было неловко, да более того…он не обязан меня кормить, это явно уже за чертой дозволенного, пусть он и мог накормить таких как я хоть человек сто.

—Спасибо большое, мне правда приятно, но я не голодна.

Александр Павлович хмыкнул, затушив сигарету, а затем посмотрел на меня исподлобья.

—Журчание твоего живота слышно в радиусе двухсот метров, и врешь ты так себе, маленькая. Так что кушай, и пока ты не съешь все, ты отсюда не выйдешь.

Что-то в его словах заставило меня не сомневаться, что я все-таки не выйду. Он еще раз кивнул на приборы и на тарелки, откинулся на спинку дивана и принялся смотреть.

—У меня к тебе предложение, — вдруг прозвучало в пространстве, где вязкий воздух с трудом продирался в мои легкие. —От которого ты просто не можешь отказаться.

Его взгляд был похож на сплошной ток, прошивающий меня насквозь. Язык прилип к небу, а все тело словно налилось свинцом, потому что это прозвучало сейчас как в самых дешевых бульварных романах.

—Зачем тебе это место? Я предлагаю тебе быть моим секретарем, работа непыльная, а ты не кажешься дурой, чтобы не понять примитивных задач того, кто координирует босса, — подняв бокал и прижав его к щеке, проговорил мужчина.

А я сидела и не двигалась. Секретарем? С чего вдруг такая важная миссия возлагалась на меня?

—У меня нет образования, так что я вам не подойду.

Александр Павлович вдруг откинулся назад и заливисто рассмеялся, показывая идеальный ряд ровных белых зубов. Такой себе звериный оскал, но все же смех, который у нег, к слову сказать, был довольно приятным, заразительным.