Уровень ненависти: Сосед

Да и, вспоминая сотни ночей, когда эта ханжа дрыхла на надувном матрасике, пьяненькая в стельку, а утром мылась себе преспокойно с тазом и чайником (в далекие времена, сейчас я живу не столь убого), так и хочется съязвить. Но кто же будет издеваться над любимой подруженькой за глаза? Уж точно не я! Предпочитаю шутить «в лицо». Тем более, Машка жутко смущается, когда ей припоминаешь былое.

Кафе подруга выбрала не самое дешевое и я, хоть уже работала в приличной компании, решила ограничиться лишь чаем с пирожным. Мало ли, как дальше пойдет мое общение с директором, который определенно положил на меня глаз.

Положил — не стряхнуть. Ведь да? Не выдумываю себе? Ох, как непросто все с этими мужчинами!

— Проблемы? — поздоровалась моя блонди при личной встрече.

— Ну ладно тебе, Маш, ты же знаешь, что у меня непростой период в жизни. Ну некогда мне сейчас общаться. Да и я не самый приятный собеседник. Была, — уточнила, сообразив, что теперь-то обстоятельства изменились, и я больше не неудачница на побегушках у Киры Алексеевны, а молодой, почти успешный и талантливый (спасибо, Гоша, за вновь обретенную самооценку) художник.

К тому же, работающий в оригинальной и крутой сфере. И даже, вполне вероятно, может быть, кажется, с намечающейся личной жизнью.

— О, даже была. А это уже интересно.

Машка улыбнулась только ей свойственной улыбкой, в которой смешивались и удивление, и доброжелательность, и мягкая покровительственность. В нашей паре она всегда главенствовала. Если я металась и не могла принять решение, подруга всегда четко знала, чего хочет и как этого достичь в кратчайшие сроки.

Или, как в случае с ее мечтой о собственной сетевой кофейне, не кратчайшие, но самые разумные. По классификации той же Машки, разумеется. У меня никогда не было ее холодного и прагматичного мозга. А жаль. Или нет. Ведь каждому — свое. Я, допустим, способна на яркие чувства, а Машунька — образец холодной и утонченной леди, и эта леди леденеет с каждым годом все больше и больше. Пройдет совсем немного времени, как я стану называть ее Марией, ведь какая ж она Машка? Машка — это простая, своя, компанейская. А не эта холеная красавица с лишь изредка проскакивающими смешинками в глазах.

В общих чертах обрисовала подруге, что у меня случилось, да и пожаловалась, что сама не знаю, чего хочу, а определиться надо, притом, как можно скорее.

— Ведь директор — это не Коля-Федя-Миша из института, здесь нужна четкая позиция, — завершила я свой монолог.

— В этом ты совершенно права.