Умереть дважды

– У вас опять что-то серьезное?

Тимохин вздохнул:

– Снова, Таня, снова…

– И что именно, ты, конечно, сказать мне не можешь.

– Не сейчас! Позже. Дома.

– Командировка?

– Скорей всего, да.

– Понятно. Приходи домой поскорее, жду тебя…

– Целую!

Александр повесил трубку. «Насколько же тяжело нашим женам, – подумал полковник. – Мы что? Вооружились, умчались, выполнили задание и вернулись. А жены все это время места себе не находят. Они даже не знают, куда направились их мужья, не говоря уже зачем. Понимают, что правды не услышат, от чего страдают еще больше.

В кабинет вошел Шепель:

– Вызывал, командир?

– Проходи, присаживайся.

Майор устроился в кресле за столом совещаний.

– Как жена, ребенок? – поинтересовался Тимохин.

– В порядке!

– Решили уже, как сына назвать?

– С этим чуть ли не война началась.

– Так сказал бы и прекратил войну!

– Успею! Ты лучше скажи, чего нас на повышенную перевели? Гарин группе общий сбор объявил, а что к чему – не говорит. Другие подразделения тоже подорвались: офицеры возле казармы трутся, но с ними их командиры работают.

– Скажу, когда придет время.

– А вызвал зачем?

– Убедиться в том, что ты в порядке.

– Понял, но не въехал. Видно, тестев коньяк и на меня подействовал.

– Наверное! Если надо жену проведать, то до 19.00 можешь съездить в Москву. Позже находиться в городке!

– Никуда я не поеду. Роддом оккупировали тесть с тещей, да и перед персоналом неудобно, набузил я слегка.

– Да уж, слегка! Ну, если никуда не поедешь, иди к Гарину.

– А вот это напрасно. Не первый год замужем.

– Свободен!

Шепель удалился, так и не поняв, что от него хотел командир группы. Тимохин же вновь устроился за рабочим столом в кресле руководителя. В 17.35 прошли доклады командиров «Миража», «Алтая», «Грома» и майора Гарина о готовности подразделений к выполнению любой задачи. Заместитель Тимохина напомнил, что тот не доводил до личного состава общую обстановку.