Укротить дьявола

Я чудом остаюсь в сознании, хотя эта чокнутая (ха, чокнутая, а я нет?) ударила меня ногой в висок! Правда, больше всего досталось уху.

В голове звон колоколов.

Из горла – хрип.

Уже на издыхании я скидываю девушку, перебросив ее через спину, она падает на дверь, выкатывается в коридор, я хватаю пистолет и навожу на нее.

Ева хохочет.

– Стреляй, – требует она, безумно улыбаясь. – Какого черта ты ждешь?

Я понимаю, что она не боится смерти. Ей плевать. Поэтому кидаюсь на нее, прижимаю к полу, одновременно получая кулаком в челюсть.

Во рту скапливается кровь.

Я поднимаю Еву над полом, тащу к двери в подвальную комнату, и эта бестия вонзает мне в плечо осколок зеркала, который она спрятала в кармане. Я ору четырехэтажное ругательство, но обретаю второе дыхание – и затаскиваю Еву в подвал, толкаю на пол и захлопываю дверь. Защелкиваю замки, все четыре сразу.

Ева что-то шипит.

– Ты не принцесса, ты дьявол! – кричу я, держась за пострадавшее плечо, между пальцами течет кровь.

– Выпусти меня! – Ева колотит в дверь.

– Либо ты поможешь мне, либо я сдам тебя следствию! – кричу ей в ответ. – Даю час на размышления.

Глава 11

Обожаю переписки с убийцей в темном лесу…

Есть люди, от которых заражаешься особенной мелодией их души, и как ни старайся забыть… отголоски этой музыки преследуют всю жизнь.

Я хотела бы вычеркнуть Лео из памяти, но каждый раз, когда мы встречаемся, проклятая мелодия захватывает с новой силой, и этот человек вновь наполняет мою жизнь собой, проникая в самые потаенные уголки сознания…

Пока я рассматриваю мрачного адвоката, недоумевая, как согласилась остаться в его спальне, он осторожно опускает меня на кровать, садится рядом и спрашивает:

– Сильно болит? – Лео мягко касается моего колена.

Его аристократичное лицо обтекает свет из открытой двери, которая ведет в кабинет.

Пока Лео глубокомысленно изучает мою ногу, я заглядываю в дверной проем, замечаю, что на письменном столе лежит ноутбук, папки и четыре чашки.