Укрощение зверя

Хозяева разрешили пользоваться холодильником, давай воспользуемся. Мой бывший напарник по рынку говорил: мужчина должен есть чаще, но больше, а работать реже, но меньше.

– Хороший девиз, – рассмеялся Илья. – Но я предлагаю прогуляться по Чухломе и поужинать в местном кафе. Я здесь ни разу не был.

– Я тоже. Принимается. Пойдем погуляем, а то на одном месте сидеть тошно.

Они закрыли дом и двинулись по улице к центру города, разглядывая местные достопримечательности: церкви, старинные дома, деревянные и кирпичные, пожарную каланчу и торговые ряды.

Поужинали в кафе «Галич», выбрав плов из баклажанов и стейк из лосося.

– Люблю баклажаны в любом виде, – заметил Антон. – Что в жареном, что в пареном. Говорят, они очень полезны.

– Еще бы, – кивнул Илья, – в этих ягодах столько витаминов и минеральных веществ, что можно считать их лекарством.

– Разве баклажан – ягода?

– Ты не знал? Да, это вовсе не овощи, а ягоды. В них нет холестерина, зато есть никотин, так что, съев один баклажан, ты выкуриваешь сигарету.

– Шутишь?

– Отнюдь.

Хотя этот никотин в отличие от никотина сигарет не наносит вреда легким. Их сначала полюбили кавказцы – грузины, армяне, азербайджанцы, молдаване тоже, ну и турки, а в Европе – испанцы и итальянцы. Ты пробовал аджап-сандал?

– Слышал что-то такое.

– До сих пор спорят, кто придумал этот баклажановый бестселлер, армяне или грузины. Я ел не один раз – пальчики оближешь!

– Не знал, что ты такой гурман.

– Так получилось. Последний год я жил в Подмосковье и полюбил овощную кухню, сам научился прилично готовить.

О пользе и вкусовых качествах баклажанов я могу даже лекции читать. Европейцы, кстати, вообще использовали отвары из баклажанов в качестве приворотного зелья. А ведь они узнали о баклажанах позже всех, в восьмом столетии, от арабов. В Китае едят эту ягоду уже две с половиной тысячи лет, а в Индии еще больше. Вернемся, я приготовлю тебе баклажаны с пармезаном.

– Буду ждать. – Антон склонился над столом, проговорил быстро: – Обрати внимание на толстяка у входа…

– Уже обратил, – безмятежно сказал Илья.

 – Это либо обещанный проводник, либо…

– Филер. Проверим?

– Позже, посмотрим, как он будет себя вести.

Ужин прошел в теплой и дружественной обстановке, если не считать того, что оба опять «работали», хотя со стороны, наверное, представляли собой занятых неспешной беседой приятелей. Выпили по чашке чая. Вышли из кафе.

Толстяк, все это время читавший газету и подносивший к губам давно опустевшую чашку с кофе, двинулся за ними.